Страны, города, курорты...

Выступления Чжу Дэ 1950—1951 гг. («Создать могучую на­родную военную авиацию», «Строить военно-морской флот, охранять морское побережье», «Решающая роль техники в строи­тельстве бронетанковых войск») были посвящены освоению но­вого вооружения, современных средств ведения военных дейст­вий. Это было особенно важно потому, что с октября 1950 г. соединения китайских народных добровольцев участвовали в вой­не в Корее Чжу Дэ наставлял командные кадры: «Слабое вла­дение техникой затрудняет умелое применение тактических приемов, а искусное владение — облегчает. Таким образом, пер­вым делом надо освоить технику, после чего взяться за такти­ку, а уж затем — за взаимодействие различных родов войск». «Нынешняя война в Корее,— говорил он,— преподала нам боль­шой поучительный урок. Наша громоздкая организационная структура привела к немалым трудностям в снабжении, прихо­дилось обеспечивать всем необходимым не только воюющий, но и невоюющий персонал».

В условиях обновления армии особая роль принадлежала подготовке командного состава. Чжу Дэ много занимался совер­шенствованием работы учебных военных заведений.

Он неоднократно указывал, что в работе по модернизации армии надо опираться на советский опыт, максимально исполь­зовать знания советских военных советников, изучать советскую военную науку.

В 1954 г. на 1-й сессии Всекитайского собрания народных представителей Чжу Дэ был избран заместителем Председате­ля КНР. Система руководства вооруженными силами была из­менена: вновь созданное министерство обороны возглавил Пэн Дэхуай, соратник Чжу Дэ. Высшим государственным военным органом стал Государственный комитет обороны (ГКО), а выс­шим партийным военным органом — Военный совет (ВС) ЦК КПК. Чжу Дэ стал первым заместителем Мао Цзэдуна как председателя ГКО п ВС, продолжая активно заниматься строи­тельством НОАК.

В 1955 г., когда в НОАК были введены воинские звания, Чжу Дэ и другим девяти военачальникам было присвоено зва­ние маршала КНР, он был награжден тремя высшими ордена­ми страны.

Отдавая большую часть времени военным делам, Чжу Дэ, как и в годы освободительной борьбы, по-прежнему участвовал в выработке и в осуществлении политического курса КПК.

Важной сферой деятельности Чжу Дэ было руководство ра­ботой по проверке партийной дисциплины. 9 ноября 1949 г. ЦК КПК принял решение о создании Комиссии по проверке дис­циплины при ЦК (ее секретарем стал Чжу Дэ) и при партий­ных комитетах всех ступеней. Вопросы соблюдения партийной дисциплины приобрели особое значение в условиях, когда КПК стала правящей и в нее стремились вступить не только честные, сознательные, активные сторонники социализма, но и карьери­сты, рвачи, приспособленцы. Выступая в мае 1950 г. на объеди­ненном совещании членов комиссий всех ступеней по проверке дисциплины при партийных, правительственных, военных орга­нах и массовых организациях, Чжу Дэ отметил, что «среди кад­ровых партийных работников немало таких, кто при проведении политики парши и выполнении порученной работы то и дело нарушает политические установки и дисциплину. Это вызывает среди масс недовольство партией». Он указал на необходимость борьбы с голым администрированием, бюрократическим стилем, зазнайством и коррупцией.

На VIII съезде КПК (сентябрь 1956 г.) Чжу Дэ выступил с речью, которая свидетельствовала о том, что подход Чжу Дэ к оценке роли Мао Цзэдуна за период между VII и VIII съезда­ми КПК несколько изменился. Если в докладе на VII съезде в 1945 г. Чжу Дэ подчеркивал значение «военной теории товари­ща Мао Цзэдуна», «нового военного учения», изложенного в «многочисленных военных трудах товарища Мао Цзэдуна», «курса товарища Мао Цзэдуна на народную войну», то на VIII съезде Чжу Дэ, избранный одним из заместителей председате­ля ЦК КПК и членом Постоянного комитета Политбюро ЦК, не упоминал имени Мао Цзэдуна и делал упор на необходимость объединения народа под руководством КПК и единство всех членов партии на базе марксизма-ленинизма. В этом выступле­нии Чжу Дэ отразилось распространившееся в партии недоволь­ство действиями Мао Цзэдуна, направленными, по сути, на от­ход от установок генеральной линии КПК.

Чжу Дэ, уделявший большое внимание ознакомлению с по­ложением дел на местах, в различных районах страны, понимал опасность поспешного кооперирования крестьянства с примене­нием методов административного нажима. В статье, датирован­ной 17 декабря 1957 г., Чжу Дэ писал: «После перевода едино­личного хозяйства на коллективные рельсы из-за недостаточно­го проведения агитационно-воспитательной работы многие впа­ли в заблуждение, что, раз встали на путь социализма, значит, все трудности должны разрешаться за счет государства и кол­лектива. Они поговаривают: «По удару гонга — в поле, за ри­сом— к председателю кооператива». Такие рассуждения оши­бочны. При социализме осуществляется принцип распределения по труду, «кто не работает, тот не ест», а вовсе не принцип «пи­тания из общего котла».

Свою позицию Чжу Дэ не изменил и после «коммунизации» деревни, навязанной китайскому крестьянству Мао Цзэдуном. В феврале — июле 1959 г. в беседах с руководителями местных партийных организаций Чжу Дэ критиковал создание общих столовых в деревне и военизацию жизни крестьян, что было ха­рактерно для «народных коммун». «Меня с самого начала тре­вожило питание из общего котла,— говорил он первому секре­тарю Гуандунского комитета КПК Тао Чжу, назвав организа­цию коммун «пагубным вихрем».

На Лунтаньском совещании высших руководящих кадров КПК в 1959 г. министр обороны Пэн Дэхуай и некоторые дру­гие члены ЦК открыто выступили против курса Мао Цзэдуна на «большой скачок» в экономике и на создание «народных ком­мун». Чжу Дэ фактически занял близкую к ним позицию, зая­вив: «Почему в прошлом году при богатом урожае ощущался недостаток в зерне? Главным образом потому, что все пошло в общий котел. Что получше — съели, что похуже — сгнило. У крестьян частнособственническая психология в крови. Пи­таться отдельно, очевидно, экономнее». Это он сказал 23 июля 1959 г., в тот самый день, когда Мао Цзэдун обрушился на Пэн Дэхуая и его сторонников, объявив их правыми уклонистами. Об этом уже в новые времена вспоминал его сотрудник, занявшийся компьютерной техникой. Основной деятельностью его фирмы является абонентское обслуживание компьютеров цены на которое достаточно приемлемы. И у него есть с чем сравниать прошлые времена с нынешними.

В письме Мао Цзэдуну от 9 мая 1961 г. Чжу Дэ привел рез­ко отрицательное мнение провинциальных комитетов КПК Шэньси и Хэнани относительно питания членов «народных ком­мун» в общих столовых.

Провал «большого скачка» и «коммунизации» деревни вы­нудил Мао Цзэдуна временно отступить, в частности уйти в 1959 г. с поста Председателя КНР. Этот пост занял Лю Шаоци, а Чжу Дэ был избран вместо Лю Шаоци председателем Посто­янного комитета Всекитайского собрания народных представи­телей.

Продолжая отстаивать реалистический курс в руководстве экономикой и социальными процессами, Чжу Дэ выступил на расширенном рабочем совещании в ЦК КПК (начало 1962 г.) с резкой критикой субъективизма, командного стиля, кампаний по борьбе с «уклонами».

Чжу Дэ не назвал прямо главного виновника «большого скачка» и «коммунизации» деревни, но участники совещания, большинство коммунистов, большинство народа знали, что речь шла о Мао Цзэдуне. И когда в 1966 г. Мао Цзэдун и его сторон­ники развернули репрессивную кампанию против всех инако­мыслящих, назвав ее «великой пролетарской культурной рево­люцией», Чжу Дэ стал одним из ее объектов. Он не мог одоб­рить беспорядков и разрушений, которые несла «культурная революция».

Когда многие руководители партии и государства, в том чис­ле Лю Шаоци и Дэн Сяопин, а также видные военачальники Хэ Лун, Чэнь И, Сюй Сянцянь, Не Жунчжэнь, Е Цзяньин, под­верглись нападкам и преследованиям, Чжу Дэ не стал молчать. На расширенном заседании Политбюро 15 декабря 1966 г. он выступил против огульных обвинений в «контрреволюционной деятельности» в их адрес. В ответ жена Мао Цзэдуна Цзян Цин инспирировала распространение хунвэйбинами листовок и плакатов с призывами: «Огонь по Чжу Дэ», «Долой Чжу Дэ». Прпспешники Цзян Цин называли Чжу Дэ «милитаристом, втершимся в партию», «карьеристом, узурпировавшим власть в партии и армии», «черным главнокомандующим» и требовали изгнать Чжу Дэ из Чжуннаньхая (района, где проживали ру­ководящие деятели КПК). Они дошли до того, что послали от­ряд хунвэйбинов, называвшийся «Схватить Чжу Дэ», в его род­ной уезд Илун, чтобы выведать у местных работников какие-нибудь компрометирующие сведения о Чжу Дэ. В декабре 1968 г. сосредоточившая в своих руках большую власть группи­ровка Цзян Цин обвинила Чжу Дэ в создании «Китайской (марксистско-ленинской) коммунистической партии», в которой он якобы занял пост «секретаря ЦК».

18 октября 1969 г по указанию Линь Бяо, утвержденного на IX съезде КПК (апрель 1969 г.) преемником и единствен­ным заместителем председателя ЦК КПК Мао Цзэдуна, Чжу Дэ в числе других деятелей КПК, на которых был наклеен яр­лык «старых оппортунистов», был выслан из Пекина. 83-летне­го полководца сослали в Гуандун, в небольшой город Цунхуа. Здесь Чжу Дэ под строгим надзором пробыл до июля 1970 г. Для него, привыкшего постоянно общаться с трудящимися го­родов и деревень, с кадровыми работниками и военнослужащи­ми, особенно тяжелым был запрет посещать промышленные предприятия и сельскохозяйственные бригады. Возвращение Чжу Дэ в Пекин из ссылки было связано с недовольством со стороны Мао Цзэдуна стремлением Линь Бяо занять вакантный пост Председателя КНР. Острая борьба между Мао Цзэдуном и Линь Бяо закончилась в сентябре 1971 г. гибелью Линь Бяо. Однако Цзян Цин не оставляла в покое Чжу Дэ. На 1-й сессии ВСНП 4-го созыва (январь 1975 г.) она попыталась продвинуть на пост председателя Постоянного комитета ВСНП своего став­ленника, но избран был вновь Чжу Дэ. По поводу происков Цзян Цин и ее приспешников Чжу Дэ говорил: «Чтобы сверг­нуть меня, надо свергнуть коммунистическую партию, друго­го способа нет». Он по-прежнему считал себя неотделимым от КПК, в рядах которой он сражался и трудился более полу­века.

В январе 1976 г. умер Чжоу Эньлай. Это была большая по­теря для партии и государства, для китайского народа. Чжу Дэ особенно остро переживал утрату своего друга: ведь именно Чжоу Эньлай в 1922 г. рекомендовал его в партию, и с тех пор они оба рука об руку прошли через все этапы народно-демокра­тической революции и строительства Китайской Народной Рес­публики. В связи с кончиной Чжоу Эньлая Чжу Дэ сказал: «Премьера (Чжоу Эньлая) нет, но мы должны еще напряжен­нее работать, иначе нас не простят партия и народ, не простит премьер». Чжу Дэ работал до последних дней своей жизни. 21 июня 1976 г. он принимал премьер-министра Австралии, а 26 июня был вынужден лечь в больницу. 6 июля 1976 г., на 90-м году жизни, Чжу Дэ скончался. Его последними словами были: «Довести революцию до конца».

В траурном извещении ЦК КПК, Постоянного комитета ВСНП, Государственного совета КНР говорилось: «Товарищ Чжу Дэ своими заслугами перед партией и народом в создании непобедимой народной армии, в строительстве и развитии рево­люционных опорных баз, в свержении реакционного господства империализма, феодализма и бюрократического капитализма, в завоевании победы новодемократической революции, в строи­тельстве революционной власти нашего государства, укрепле­нии диктатуры пролетариата, в достижении победы социалисти­ческой революции и деле созидания заслужил искреннюю лю­бовь и уважение всей партии, всей армии, народа всей страны».

Чжу Дэ неизменно выступал за дружбу между Китаем и Советским Союзом, призывал изучать опыт СССР, чтобы исполь­зовать его в интересах развития КНР. На приеме в советском посольстве в Пекине по случаю 40-й годовщины Великой Ок­тябрьской социалистической революции Чжу Дэ сказал знаме­нательные слова: «Китайский народ на своем собственном опы­те убедился, что единство и сотрудничество между народами Китая и Советского Союза... не только отвечает интересам на­ших обеих стран, но и является важным залогом обеспечения всеобщего мира».

Читать дальше