Туристический центр "Магнит Байкал"
                                                                                
                                                                                                                                    

Суббота, 28.05.2022, 01:57
Приветствую Вас Гость | Регистрация | Вход

Страны, города, курорты...

Главная » Файлы » Из современной истории Китая


Линь Бяо 2
[ ] 22.08.2010, 23:11

Первый вариант связан с такой ситуацией, когда Линь Бяо выступит от своего имени и обнародует открыто за рубежом заявление об измене родине; второй — если Линь Бяо и его окружение просто выступят по иностранным средствам массо­вой информации с заявлениями; третий — если Линь Бяо и его окружение определенное время не будут появляться на людях и выступать в печати, а иностранные информационные агентства объективно сообщат, что Линь Бяо и К0 прибыли в некую стра­ну или район; четвертый — временно не публикуются никакие сообщения о Линь Бяо, чтобы посмотреть, какова обстановка внутри страны. Были обсуждены шаги, которые должен пред­принять МИД КНР в каждой из четырех ситуаций. 12 часов дня. Дискуссия продолжается. 12 часов 25 минут. Двери в зал открываются, и, забыв постучаться, вбегает дежурный секре­тарь МИД, держа в руках срочное сообщение. Она направляет­ся к Цзи Пэнфэю и передает ему текст. Последний берет текст п бегло просматривает. Все напряженно следят за выражением лица читающего, пытаясь по нему отгадать содержание сооб­щения. На лице Цзи Пэнфэя появилась улыбка, и он с осо­бой интонацией произносит, обращаясь к присутствующим: «Самолет сгорел, люди погибли, прекрасный финал». Срочное сообщение было незамедлительно переправлено в Чжуннаньхай.

14 часов. Чжуннанъхай. Телефонный звонок: «Я говорю из МИДа, только что получено сообщение посла КНР в МНР, не­обходимо немедленно передать его премьеру»,— слышался голос в трубке. Получив сообщение, секретарь Чжоу Эньлая постоял несколько секунд в нерешительности, поскольку премьер спал. Но все же решился. Он осторожно вошел в комнату, где спал премьер, подошел к кровати и стал легонько будить его. Чжоу Эньлай, услышав, что есть сообщение посла в МНР, поспешно встал и приказал секретарю срочно прочесть ему весь текст. Из него явствовало, что в 2 часа 30 минут самолет «Трайдент» № 256 разбился в Монголии в районе Ундэрхаиа и все девять человек, находившихся в нем (восемь мужчин н одна женщина), погпбли. Дослушав до конца, он восклик­нул:

— А! Разбились насмерть, разбились насмерть!

После этого он немедленно сообщил радостную весть Мао Цзэдуну. Затем премьер связался с посольством КНР в МНР н выразил благодарность посольству за быстрое подключение телефонной связи в сложных обстоятельствах и послу — за бы­струю передачу сообщения об инциденте с самолетом.

Посольство КНР в МНР. 18 часов 14 сентября. Из Пекина пришло указание о том, что посол лично должен выехать па ме­сто происшествия. Сюй Вэньи понял, что «инцидент даже более серьезен», чем он предполагал, и что на него «возлагается большая ответственность». .

К этому времени МИД Монголии уже закончил работу. По­сол решил нарушить установленную традицию и попросил о срочной встрече с замминистра иностранных дел МНР.

20 часов 30 минут 14 сентября. Улан-Батор. Кабинет зам­министра иностранных дел Монголии. «По поручению моего правительства я хочу сообщить монгольской стороне следую­щее: самолет, потерпевший аварию 13 сентября в 2 часа ночи, ошибочно вторгся в пределы государственной границы МНР, возможно, в результате потери курса. В связи с этим мы вы­ражаем сожаление. Благодарим правительство МНР за готов­ность предоставить самолет и направить начальника консуль­ского отдела для сопровождения нас на место происшествия. Я лично возглавлю группу и выеду на место происшествия. Про­шу монгольскую сторону оказать нам содействие»,— заявляет китайский посол.

Замминистра поинтересовался, откуда вылетел самолет, в каком направлении летел. Посол откровенно говорит ему, что он в данный момент не в состоянии дать ответ. Далее замми­нистра сетует на то, что посольство своевременно не направило людей на место происшествия, что со времени аварии уже про­шло более 50 часов, а в условиях жаркой погоды это означает, что трупы к моменту прибытия группы на место катастрофы могут деформироваться.

13 часов 30 минут 15 сентября. Посольство КНР в МНР. Звонок из МИДа Монголии. Сообщают, что через полчаса мон­гольский самолет может вылететь в Ундэрхан. Из китайского посольства сообщают, что группа готова к вылету.

14 часов. Улан-Батор. Аэродром. Четыре китайских диплома­та во главе с послом подходят к трапу самолета ИЛ-14. В руках у посла портфель, в котором вместе с предметами личного туа­лета лежат фотоаппарат, радиоприемник. У трапа их ждут начальник консульского отдела МИД Монголии, полковник управления внутренних дел погранслужбы, специалисты в области авиации, права, судебной медицины, корреспон­денты.

14 часов 45 минут. ИЛ-14 взлетел и взял курс на Ундэрхан. Протяженность маршрута 300 км. Через час самолет стал сни­жаться.

15 часов 45 минут. Аэропорт Ундэрхаиа. Начальник аэропор­та и заместитель председателя аймачного хурала надут прибы­тия самолета ИЛ-14 из Улан-Батора. Самолет садится. Подают трап. Сотрудники посольства КНР и сопровождающие их лица выходят из самолета. Короткие приветствия, все рассаживают­ся в две машины, ГАЗ-69 и вездеход, и направляются в Долину Субурганов, которая расположена в 70 км северо-западнее Ундэрхана.

Два часа езды по дикой степи, и машины въезжают в Долину Субурганов. Почва песчаная, кругом трава. На равнине выделя­ется полоска выжженной земли длиной 800 и шириной от 50 до 200 метров. Падение самолета пришлось на центр впадины, а обломки находились в южной ее части. Судя по тому, как они были разбросаны, самолет летел с севера на юг.

Из воспоминаний Сюй Вэньи: «Травянистая поверхность сте­пи длиной 30 м к югу от места приземления самолета была из­рыта брюхом самолета. С западной стороны правое крыло са­молета оставило борозды глубиной до 20 см. Дальше к югу следы падения самолета исчезли, подступила выжженная зона, обломков самолета становилось все больше, размеры их уве­личивались. Через 200 м20 м от него лежало левое крыло, на котором был нарисован номер 56. Далее, примерно в 320 м, лежал люк кабины пи­лота с пластмассовой табличкой, на которой было написано «Пассажирам вход запрещен». В 30 м к юго-востоку от люка был обнаружен двигатель самолета. В 400 м от него лежали 3 пассажирских кресла, скрепленные воедино, в 40 м в восточ­ном направлении находился обломок правого крыла, на кото­ром было написано «Китай». Головная часть самолета страшно обгорела, от нее остались только обломки приборов и деталей, корпус самолета полностью обгорел. В 20 м к востоку от голов­ной части самолета лежал еще один обломок правого крыла с надписью «авиация». Около надписи было видно отверстие диаметром 40 см, далее в 200 м к югу на необгоревшей земле валялись хорошо сохранившиеся шасси. В 60 м на северо-за­пад от головной части самолета лежал его хвост, в 20 и 40 м соответственно к югу и к востоку от него лежали еще два двигателя. На хвостовой части просматривался пятизвездный флаг и номер самолета 256. По этим признакам можно было безошибочно определить, что это был китайский самолет № 256. валялся корпус самолета, примерно в

Большинство трупов лежало навзничь, руки и ноги раздви­нуты, головы были так обожжены, что трупы не поддавались опознанию. Мы разложили все девять трупов с севера на юг, пронумеровали их и сфотографировали с различных позиций, с тем чтобы позднее провести опознание. Согласно проведенному впоследствии расследованию, в трупе № 5 был опознан Линь Бяо: сохранилась небольшая плешь, кожа на голове поврежде­на, кости вышли наружу, брови обгорели, глаза превратились в черные отверстия.

Труп № 8 — жена Линь Бяо Е Цюнь — единственная жен­щина среди погибших. Она обгорела сравнительно мало, воло­сы практически остались целы, левый бок был поврежден.

Труп №2 — сын Линь Бяо Линь Лиго: высокий рост, лицо обуглилось и приняло мученическое выражение, как будто до смерти он катался в пламени. Из вещей, принадлежавших погибшим, был обнаружен пропуск № 002 в военно-воздушную академию на имя Линь Лиго.

Труп № 1 принадлежал шоферу Линь Бяо Ян Чжэньгану. Труп № 3 — Лю Пэйбань. Труп № 4 —- бортинженер Го Цилян, он был одет в кожаную куртку, которая оказалась единственной необгоревшей вещью. Труп № 6 — бортинженер Чжан Яньгуа. Труп № 7 — бортинженер Ли Пин. Труп № 9 — пилот Пань Цзиньянь.

Как считает посол, самолет производил аварийную посад­ку по неизвестным причинам, люди на борту самолета готови­лись к посадке, но во время приземления самолет потерял рав­новесие, и при касании самолета правым крылом земли прои­зошло возгорание».

«Можно с уверенностью говорить, что самолет не загорелся в воздухе,— отмечалось в материалах китайских дипломатов, по­сланных срочно в Пекин после обследования на месте,— а мог взорваться только у земли, в противном случае его обломки бы­ли бы разбросаны на площади не менее 10 кв. км. Если бы взрыв произошел в воздухе, то горючее стало бы гореть и резко уменьшаться уже в воздухе, в связи с чем площадь обожженной пламенем земли была бы гораздо меньше». Данный самолет, по мнению экспертной группы, не был подбит в воздухе. Отверстие на обломке правого крыла самолета — не следствие удара извне, а результат прогорания обшивки изнутри, поскольку неровные края 40-сантиметрового отверстия выгнуты не внутрь, а на­ружу.

Таковы факты трагедии, разыгравшейся в сентябре 1971 г. Неоспоримо ясно, что на борту потерпевшего аварию китайско­го самолета находились Линь Бяо и его окружение. Доказано также и то, что самолет не был сбит. Но куда все же он летел, какие цели преследовал министр обороны КНР, совершая побег из своей страны,—все это пока остается тайной. Может быть, будущее ответит на эти вопросы.

Читать дальше

Категория: Из современной истории Китая | Добавил: magnitt
Просмотров: 1959 | Загрузок: 0 | Рейтинг: 5.0/8 |
Всего комментариев: 0

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Copyright MyCorp © 2022
Сайт управляется системой uCoz