Страны, города, курорты...

Лю Шаоци родился в 1898 г. в крестьянской семье в дерев­не Хуамынлоу уезда Нинсян провинции Хунань. Он был са­мым младшим в семье, у него было три старших сестры и два старших брата.

Получив начальное образование в родном уезде, Лю Шаоци поступил в педагогическое училище в городе Чанша. Там он принял участие в патриотическом движении «4 мая» (1919 г.). Под влиянием популярной в те годы среди китайской учащей­ся молодежи кампании «ехать работать и учиться за границу» Лю Шаоци также решил отправиться во Францию. Для изуче­ния французского языка он поступил в одну из школ в городе Баодине, недалеко от Пекина, но, не окончив ее, в 1920 г. вы­ехал в Шанхай, крупнейший промышленный и пролетарский центр Китая. Там он вступил в Социалистический союз моло­дежи Китая (ССМК). Сразу же после создания Коммунистиче­ской партии Китая (КПК) в 1921 г. Лю Шаоци вступил в ком­партию.

Впоследствии Лю Шаоци вспоминал, что он поехал в Шан­хай и вступил в ССМК, уже зная, что «социализм — дело хоро­шее». Он также слышал о Марксе, Ленине, об Октябрьской революции, о партии большевиков, но не имел четкого пред­ставления о том, что такое социализм. Поэтому вместо Франции Лю Шаоци решил отправиться в Советскую Россию, где побе­дила Октябрьская социалистическая революция, где впервые в мире было создано государство рабочих и крестьян. В Шан­хае он поступил на курсы русского языка, организованные для членов ССМК, выразивших желание поехать на учебу в Совет­скую Россию. В начале 1921 г. Лю Шаоци выехал в Москву в составе первой группы китайской молодежи из восьми человек, в которую кроме него входили Жэнь Биши, Ли Цихань, Юй Сюсуи и др.

Дорога в Москву заняла у Лю Шаоци и его спутников не­сколько месяцев. По приезде они в июле 1921 г. были зачис­лены на учебу в Коммунистический университет трудящихся Востока (КУТВ). Однако долго учиться Лю Шаоци не приш­лось. В Китае начался подъем рабочего движения, и немного­численной тогда КПК очень нужны были коммунисты для по­литического руководства этим движением, так что уже весной 1922 г. Лю Шаоци, Ли Цихань и еще несколько коммунистов возвратились в Шанхай.

Пребывание Лю Шаоци в Советской России и учеба в КУТВ, по его словам, помогли ему ознакомиться с учением осново­положников марксизма о национально-освободительном и ре­волюционном движении в колониальных и полуколониальных странах. Изучая опыт Октябрьской социалистической револю­ций в России, он пришел к твердому убеждению, что этот опыт имеет большое значение для Китая.

По возвращении из Москвы Лю Шаоци вместе с Ли Циханем некоторое время работал в созданном КПК Всекитайском секретариате профсоюзов. В сентябре 1922 г. партия направи­ла его на Аньюаньские угольные копи, расположенные неда­леко от города Пинсян на границе провинций Цзянси и Хунань. Там он организовал и возглавил успешную стачку аньюаньских углекопов и пинсянских железнодорожников.

В 1923 г. Лю Шаоци был введен в состав отдела ЦК КПК по рабочему движению. Па II Всекитайском съезде профсою­зов (май 1925 г.) он был избран заместителем председателя Всекитайской федерации профсоюзов (ВФП). После съезда Лю Шаоци вошел в состав шанхайского бюро ВФП. Осенью 1925 г. он выехал в Хунань, где руководил забастовкой аньюаньских углекопов. Местные власти арестовали его, и два месяца он просидел в тюрьме, но был освобожден благодаря широкой кам­пании протеста. Переехав в Гуанчжоу (Кантон), Лю Шаоци работал в штаб-квартире ВФП и участвовал в руководстве ра­бочим движением в Гуанчжоу и Сянгане (Гонконге). Осенью 1926 г. Лю Шаоци прибыл в Ухань, куда перебазировалась штаб-квартира ВФП, руководил там рабочим движением. В ре­зультате забастовок рабочие Уханя добились значительного повышения зарплаты и улучшения условий труда особенно на иностранных предприятиях. На усиление вмешательства анг­лийских и других империалистов в события в Китае рабочие Уханя ответили массовыми выступлениями. 3 января 1927 г. отряды уханьских рабочих, возглавляемые Лю Шаоци, заняли английскую концессию и добились ее возвращения китайскому народу.

Однако после переворота, совершенного Чан Кайши 12 ап­реля 1927 г., соотношение сил в революции резко изменилось в пользу реакции. Уханьский революционный центр также ока­зался в остром кризисе. Обстановка, сложившаяся в стране, была рассмотрена на V съезде КПК, проходившем в Ухане

27 апреля — И мая 1927 г. Лю Шаоци на этом съезде был из­бран членом ЦК КПК. В числе других съезд принял резолю­цию по профсоюзному движению, нацеливая рабочий класс на дальнейшее экономическое и политическое наступление на бур­жуазию. В резолюции были отмечены недостатки профдвиже­ния в Китае, в том числе разобщенность профсоюзных органи­заций и слабость партийного руководства в них. Эти недостатки облегчили контрреволюционным силам нанесение ударов по рабочим организациям в Ухане, где после принятого 15 июля 1927 г. уханьским ЦИК Гоминьдана решения о разрыве союза с КПК начался контрреволюционный террор.

В суровые годы террора, последовавшие за поражением ре­волюции, Лю Шаоци по указанию партии перешел на подполь­ную работу, руководил рабочим и профсоюзным движением вначале в Шанхае, а затем в Северном Китае.

На VI съезде КПК, состоявшемся в 1928 г. под Москвой, Лю Шаоци был заочно избран членом Центральной ревизион­ной комиссии КПК.

Летом 1929 г. он был направлен в Маньчжурию в качестве секретаря Маньчжурского комитета КПК. В конце 1929 г. Лю Шаоци арестовали и он около месяца просидел в тюрьме, но поскольку властям не удалось установить его личность и при­надлежность к КПК, он был освобожден.

В 1930 г. Лю Шаоци был назначен руководителем китай­ской профсоюзной делегации на конгресс Профинтерна, собрав­шийся в 1930 г. в Москве. На конгрессе Лю Шаоци был избран членом Исполнительного бюро Профинтерна и вошел в состав Президиума Профинтерна. Он выступил на конгрессе, расска­зав о международном и внутриполитическом положении Китая, о борьбе китайского рабочего класса и крестьянства, о китай­ской революции, проходившей под лозунгом Советов. 30 августа Лю Шаоци выступил на комиссии МОПР с отчетом о деятель­ности организации МОПР в Китае.

В 1931 г. Лю Шаоци вернулся в Шанхай. На IV пленуме ЦК КПК 6-го созыва, состоявшемся в январе 1931 г., он был избран членом ЦК и Политбюро ЦК КПК. Затем Лю Шаоци возглавил отдел профдвижения ЦК КПК и стал секретарем партийной фракции во Всекитайской федерации профсоюзов, сыграв важную роль в преодолении левацкого курса Ли Лисаня в партийном строительстве, в профсоюзном и рабочем движе­нии, в борьбе за массы.

Работая в подполье, Лю Шаоци боролся против политиче­ского авантюризма и путчизма, сектантской замкнутости и дог­матизма. Он призывал партию трезво учитывать обстановку, не забегать вперед, не допускать недооценки сил противника,

не отрываться от масс. Учитывая неблагоприятную для Ком­партии Китая обстановку, которая сложилась после поражения китайской революции в 1927 г., Лю Шаоци считал, что центр партийной работы необходимо перенести на восстановление связей КПК с миллионными массами рабочих, крестьян, город­ской мелкой буржуазии, на их политическое просвещение и организацию вокруг партии. Он предлагал коммунистам всту­пать в гоминьдановские реформистские и желтые профсоюзы, а также в другие общественные организации, выдвигать прием­лемые для масс лозунги и требования и применять соответст­вующие существующим условиям формы борьбы, максимально использовать противоречия в стане противника.

В конце 1932 г. Лю Шаоци прибыл в Центральный совет­ский район, где возглавил Бюро ВФП, а затем работал в каче­стве секретаря Фуцзяньского провинциального комитета КПК. Он также входил в состав ЦИК Китайской советской респуб­лики.

Во время Великого похода Красной армии Китая Лю Шао­ци представлял ЦК КПК в 8-м и 5-м корпусах, а затем занимал пост начальника политотдела в 3-м корпусе. Он решительно выступал в защиту единства партии и китайской Красной ар­мии, боролся против раскола.

В марте 1936 г. ЦК КПК направил Лю Шаоци на подполь­ную работу в Тяньцзинь в качестве секретаря Северокитайского бюро ЦК КПК.

8 этот период в Северном Китае развернулось патриотиче­ское движение «9 декабря», превратившееся во всекитайское движение за отпор японской агрессии и спасение Китая.

9 декабря 1935 г. тысячи студентов вышли на улицы Пеки­на с лозунгами защиты независимости и целостности Китая, прекращения гражданской войны, вооруженного отпора япон­ской агрессии. При разгоне этой и следующей (16 декабря) де­монстрации несколько студентов было убито, много ранено и арестовано. Выступления пекинских студентов всколыхнули всю страну.

Китайские коммунисты и комсомольцы были активными участниками и организаторами движения «9 декабря». В нача­ле 1936 г. пекинские и тяньцзиньские коммунисты создали ши­рокую революционную молодежную организацию «Авангард борьбы за национальное освобождение Китая» (сокращенно «Авангард борьбы»). Это было сделано в соответствии с реко­мендациями Коммунистического интернационала молодежи (КИМ) и с решением ЦК КПК от 1 ноября 1935 г. «О работе среди молодежи». Организация «Авангард борьбы» сыграла важную роль в национально-освободительном и революционном движении в Китае. «Авангард борьбы», как и Коммунистиче­ский союз молодежи Китая (КСМК), строился на принципе демократического централизма, члены его обязаны были соблю­дать дисциплину и конспирацию. Однако если в КСМК при­нимали только тех, кто разделял коммунистические идеи, то в «Авангард борьбы» могли вступать все, кто твердо решил бо­роться против японских захватчиков, за национальное спасе­ние родины.

К моменту создания в январе 1936 г. «Авангард борьбы» насчитывал не более 300 человек и действовал лишь в Пекине и Тяньцзине. Однако вскоре он превратился во всекитайскую организацию, и его отделения были созданы даже среди китай­цев, проживавших за границей — в Париже и в странах Юго-Восточной Азии.

К началу антияпонской войны в 1937 г. «Авангард борьбы» имел свои отделения во многих городах Китая и насчитывал более 20 тыс. членов. Многие из них впоследствии приняли участие в партизанском движении в японском тылу в Север­ном Китае, вступили в 8-ю и Новую 4-ю армии, стали членами КПК. Во всем этом была немалая заслуга Лю Шаоци и возглав­ляемого им Северокитайского бюро ЦК КПК.

«Авангард борьбы», как впоследствии писали в КНР, от­мечая годовщины движения «9 декабря», сыграл огромную роль в этом движении. Он был передовым отрядом, костяком этого движения. «Эта организация,— отмечал журнал «Чжунго циннянь» («Китайская молодежь») в 1951 г.,—под руководством партии превратилась в могучую силу движения за отпор Япо­нии и спасение родины».

Ко времени приезда Лю Шаоци в Тяньцзинь в патриотиче­ском антияпонском студенческом движении наметились коле­бания, усилились сектантские, левацкие настроения. Леваки призывали учащуюся молодежь и другие демократические силы к одновременной борьбе и против Гоминьдана, и против япон­ских захватчиков, хотя главным врагом китайского народа в то время была японская военщина, стремившаяся поработить Китай. Это затрудняло мобилизацию всех патриотических сил страны на отпор японской агрессии. Как отмечали неко­торые иностранные наблюдатели в Пекине, левацкие лозунги и действия нанесли серьезный ущерб движению «9 декабря». Студенческие лидеры стали терять авторитет и влияние среди студенческих масс, часть студенчества отошла от дви­жения.

Ознакомившись с обстановкой в Северном Китае, Лю Шаоци стал исправлять положение, предлагая прежде всего отказаться от сектантских, левацких лозунгов и действий, наносящих вред патриотическому движению и политике единого национального антияпонского фронта. Он рекомендовал направить все усилия участников движения «9 декабря» на борьбу за создание такого фронта, за прекращение гражданской войны. Он призывал к сотрудничеству студентов со всеми патриотами, независимо от их политических убеждений и партийной принадлежности, и к повсеместному созданию организаций, обществ, ассоциаций национального спасения с участием в них рабочих, ремеслен­ников, крестьян, учащихся, преподавателей, деятелей культуры и искусства, торговцев, служащих, военных.

Деятельность Северокитайского бюро ЦК КПК во главе с Лю Шаоци способствовала тому, что положение стало быстро меняться. Существовавшие студенческие союзы были преобра­зованы в студенческие союзы национального спасения. Эти сою­зы объявили, что их единственной целью является борьба за спасение китайской нации, и призвали всех патриотов, незави­симо от их политических убеждений и партийной принадлеж­ности, принять участие в движении за сохранение независимо­сти и целостности Китая и создавать повсеместно ассоциации национального спасения.

Возглавляемое Лю Шаоци Северокитайское бюро ЦК КПК приняло активное участие в объединении всех студенческих союзов в Лигу национального спасения, которая была создана в конце мая 1936 г.

Под руководством Лю Шаоци партийные организации Се­верного Китая, сочетая легальные и нелегальные формы и ме­тоды борьбы, успешно вели работу по развертыванию массового национально-освободительного движения не только на Севере, но и в Центральном Китае, в частности в Шанхае.

Одновременно под влиянием Компартии Китая шло объ­единение во Всекитайскую ассоциацию национального спасения многочисленных организаций и ассоциаций, созданных в ходе движения «9 декабря» в ряде провинциальных и уездных цент­ров, на отдельных предприятиях. Туда входили различные слои и группы населения: рабочие, ремесленники, крестьяне, торговцы, служащие, деятели культуры и искусства, военные. В работе учредительного съезда Всекитайской ассоциации на­ционального спасения, который состоялся в Шанхае 31 мая — 1 июня 1936 г., приняло участие 72 представителя от 58 орга­низаций из более чем 20 городов. В руководство ассоциации вошли видные деятели китайского демократического движения: Сун Цинлин, Шэнь Цзюньжу, Цзоу Таофэн, Ли Гунну, Ма Сянбо, Хэ Сянънин, Ван Цзаоши, Ши Лян. Многие из них не­официально поддерживали контакты с китайскими коммуни­стами.

Всекитайская ассоциация национального спасения и Всеки­тайская студенческая лига национального спасения, взаимо­действуя между собой, сыграли важную роль в пропаганде идей единого национального движения в стране, в подготовке ки­тайского народа к вооруженному отпору японской агрессии.

Рабочий класс Китая также принимал активное участие в патриотической антияпонской борьбе. Движение «9 декабря» подтвердило правильность позиции Лю Шаоци, который в конце 20-х — начале 30-х гг. ратовал за то, чтобы китайские комму­нисты вступали в легальные гоминьдановские профсоюзы с целью привлечения рабочих на свою сторону. Эти профсоюзы сразу же поддержали выступления пекинских студентов 9 и 16 декабря 1935 г.

Находясь в Тяньцзине, Лю Шаоци в апреле 1936 г. написал статью о состоянии рабочего движения в белых (то есть гоминь­дановских) районах. Отметив слабое влияние КПК на рабочих в крупных городах и промышленных центрах, он указал на необходимость усиления работы по завоеванию большинства рабочих на сторону КПК и призвал, «опираясь на огромную силу рабочего класса, готовиться к решительной борьбе в буду­щем». Эта статья Лю Шаоци стала руководством для парторга­низаций и отдельных коммунистов, работавших в городах.

По инициативе и под руководством Лю Шаоци и Североки­тайского бюро ЦК КПК пекинские и тяньцзиньские студенты начали вести патриотическую антияпонскую агитацию среди солдат и офицеров 29-й гоминьдановской армии, дислоцировав­шейся в районе Пекина и Тяньцзиня.

Для работы среди личного состава гоминьдановских войск и с целью получения военной подготовки студенты стали добро­вольно вступать в армию. Немало пекинских и тяньцзиньских студентов выехало в провинцию Шаньси, где ее губернатор Янь Сишань под влиянием своих советников-коммунистов стал по­ложительно относиться к движению «9 декабря» и склоняться к участию в едином национальном антияпонском фронте. Тогда же в Шаньси отправился и Лю Шаоци для установления кон­тактов и налаживания отношений с Янь Сишанем.

В сентябре 1936 г. в административном центре провинции Тайюане с согласия Янь Сишаня была создана новая антияпон­ская организация, называвшаяся «Шаньсийская лига самопо­жертвования во имя спасения родины» (или сокращенно «Лига самопожертвования»). Ее целью являлась подготовка к воору­женному отпору японской агрессии. Лига призывала вступать в свои ряды «всех патриотов, готовых пожертвовать своей жизнью за спасение родины». К началу японо-китайской войны в июле 1937 г. в ней насчитывалось около 60 тыс. членов, кото­рые сыграли важную роль в вооруженной борьбе против япон­ских захватчиков.

Движение за добровольное вступление студентов в армию получило особенно широкое развитие в Пекине и Тяньцзине, где дислоцировались части 29-й армии Суи Чжэюаня. «29-я ар­мия Сун Чжэюаня,— писала газета «Цзюго шибао»,— также постепенно включается в движение за отпор Японии».

Впоследствии 29-я армия оказала упорное сопротивление японским захватчикам во время событий 7 июля 1937 г. в рай­оне моста Лугоуцяо вблизи Пекина, положивших начало япо­но-китайской войне. В боях за Пекин и Тяньцзинь в июле 1937 г. также участвовало свыше тысячи студентов, прошед­ших военную подготовку в 29-й армии. Многие из них погибли в бою.

Пример пекинских и тяньцзиньских студентов был подхва­чен студентами и учащимися ряда других городов, которые также добровольно вступали в гоминьдановские войска, чтобы вести политическую работу среди солдат и офицеров и полу­чить военную подготовку.

Движение «9 декабря» свидетельствовало о существенных сдвигах в расстановке социальных сил в Китае, в частности о переходе широких слоев городской мелкой буржуазии, интел­лигенции, студенчества и некоторых групп национальной бур­жуазии на позиции национально-революционной борьбы. Идея создания единого фронта сопротивления Японии и националь­ного спасения способствовала сближению этих слоев с китай­скими коммунистами. Между ними начало складываться со­трудничество в борьбе против общего внешнего врага — япон­ского империализма. Это обстоятельство имело далеко идущие последствия.

Первые партизанские отряды и отряды самообороны в япон­ском тылу в Северном Китае в провинциях Хэбэй, Чахар, Шань­си и Шаньдун появились уже в августе 1937 г. Их организа­торами были прежде всего коммунисты, а также члены «Аван­гарда борьбы за национальное освобождение Китая». «На тер­ритории Северного Китая, захваченной японскими империали­стами,— писал Лю Шаоци,— бороться с врагом хотят не только коммунисты, но и члены других партий и групп, народные массы. В этой ситуации Компартия Китая выступает за сплоче­ние различных политических сил на основе общей политиче­ской платформы, то есть единого национального антияпонского фронта».

Для широкого развертывания партизанской войны в Северном Китае Лю Шаоци рекомендовал использовать также раз­личные традиционные  тайные общества,  которые обладали большим влиянием на население. В конце 1937 г. в провинции Хэбэй свыше двух тысяч членов тайного общества «Красные пики» создали партизанский отряд, впоследствии присоединив­шийся к 8-й армии.

Таким образом, партизанское движение на оккупированной японцами территории Северного Китая началось еще до при­хода туда 8-й армии. Взаимодействие с силами 8-й армии способствовало большей организованности партизанского дви­жения. Командование 8-й армии выделило группу кадровых политработников, имевших опыт организации партизанской войны, для работы с местным населением. Многие партизан­ские отряды впоследствии влились в состав частей 8-й армии.

Особую роль в войне против японских захватчиков сыграла учащаяся молодежь, принимавшая участие в движении «9 де­кабря». По всей стране студенты оставляли учебу, шли на фронт, вступали в 8-ю и Новую 4-ю армии.

Выступая в 1944 г. в Яньани на торжественном заседании, посвященном движению «9 декабря», Лю Шаоци говорил: «Большинство молодежи, принимавшей участие в движении «9 декабря», сейчас занимает командные посты в воинских ча­стях, борющихся на территории, занятой врагом, руководит политической работой, органами местного управления, эконо­мики и культуры. Они в нынешней войне во имя защиты родины сражаются на самых опасных и ответственных участках за осу­ществление чаяний, выдвинутых 9 декабря 1935 г.».

Вместе с другими членами Северокитайского бюро ЦК КПК Лю Шаоци много усилий и внимания уделял партийному стро­ительству, росту рядов КПК. Почти во всех крупных городах Северного Китая были восстановлены или вновь созданы неле­гальные партийные организации и парткомы.

В связи с увеличением во время движения «9 декабря» чис­ла лиц, стремившихся вступить в КПК, Лю Шаоци в статье, опубликованной в ноябре 1936 г. в нелегальном журнале «Хо-сяиь» («Передовая линия»), органе Хэбэйского провинциаль­ного комитета КПК, предупреждал, что не следует без разбора принимать в партию всех желающих, чтобы не засорить КПК случайными и чуждыми элементами.

Под руководством Лю Шаоци в Северном Китае тогда ра­ботали такие впоследствии видные деятели КПК, как Пэн Чжэнь, Бо Ибо, Лю Ланьтао, Линь Фэн, Ань Цзывэнь, Лн Сюэ-фэн, Лн Цзинюй, Ян Сюфэи, Хуан Цзин (он же Юй Цнвэй), Уланьфу (он же Юпьцзе). Дэн То, Хуан Хуа (он же Ван Шу-мэй), Го Инцю, Ли Баохуа (сын Ли Дачжао), Ли Жоньдэ и другие. Они становились организаторами и руководителями восстанавливаемых и создаваемых заново парторганизаций и парткомов, массовых антияпонских организаций и партизан­ских отрядов в японском тылу.

Большую роль в активизации сопротивления японским за­хватчикам сыграла деятельность китайских коммунистов в провинции Шаньси. При участии Лю Шаоци была достигнута договоренность с губернатором этой провинции Янь Сишанем о совместной борьбе против японских захватчиков. Янь Сишань назначил некоторых коммунистов на посты особоуполномочен­ных в специальных административных районах Шаньси. Такой особоуполномоченный был не только представителем провин­циальной власти, но и командовал вооруженным «отрядом под­держания спокойствия» (баоаньдуй) в своем районе. Из 105 уездов провинции Шаньси в 60 уездные правительства возглав­ляли коммунисты или сочувствующие им.

Фактически возглавляемая Бо Ибо, Чжан Вэньаном, Юн Ушанем и другими китайскими коммунистами, «Лига самопо­жертвования» в Шаньси принимала активное участие в моби­лизации народных масс на борьбу против японских захватчи­ков, в создании партизанских отрядов, отрядов самообороны. Эти отряды принимали участие в обороне провинции, когда японцы вторглись в ее пределы. После захвата японцами ад­министративного центра провинции Тайюаня «Лига самопо­жертвования» по инициативе Лю Шаоци и с согласия Янь Си-шаня приступила к созданию собственных вооруженных сил — «отрядов, презирающих смерть». Эти отряды были объединены в колонны по три отряда, каждая из которых равнялась при­мерно полку. К марту 1938 г. были сформированы четыре ко­лонны. Кроме того, были организованы отряды самообороны (народного ополчения) и двухтысячный корпус самообороны из рабочих. В уездах действовали партизанские отряды числен­ностью от 500—600 до 1000 человек. Их командирами и политкомиссарами были за небольшим исключением коммунисты и сочувствующие им.

Читать дальше