Туристический центр "Магнит Байкал"
                                                                                
                                                                                                                                    

Суббота, 25.11.2017, 11:58
Приветствую Вас Гость | Регистрация | Вход

Страны, города, курорты...

Главная » Файлы » Из современной истории Китая


Мао Цзэдун 4
[ ] 24.08.2010, 20:51

Десять тысяч лет жизни Председателю Мао!

Превратившись в Китае в божество, Мао Цзэдун и для многих радикально настроенных европейцев и американцев постепенно становился символом истинного революционера и преобразователя мира. Исследователь из США Пол Джонсон свидетель­ствует, что люди, посещавшие Китай в 60 — на­чале 70-х годов, возвращались оттуда горячими поклонниками коммунизма маоистского типа. Один из них писал, что Китай — это «разновид­ность благодатной монархии, которая управляет­ся императором-жрецом, завоевавшим абсолютную преданность своих подданных». Восхищались высоким уровнем морали, тем, что правительствен­ные сборщики налогов стали «неподкупными».10 Все это поразительно напоминало восхваления, рассыпаемые некоторыми зарубежными визитера­ми в адрес другого диктатора, Сталина, в то вре­мя, когда в Советском Союзе осуществлялась при­нудительная коллективизация и правил бал «боль­шой террор».

Мао Цзэдун своей политикой духовно закрепос­тил китайцев, отнял у них чувство достоинства и чести. Люди стали винтиками в руках Великого кормчего. Отныне знаком верности и послушания вождю стали красные цитатники, изготовленные в количестве пяти миллиардов штук. Доктор Ли Чжисуй в своей книге пишет:

«После хрущевской атаки на Сталина китайс­кий вождь стал панически бояться, что его тоже обвинят в навязывании массам культа своей лич­ности. Великому китайскому народу, считал Мао, необходим великий вождь, созерцание которого должно вдохновлять жителей Поднебесной на но­вые трудовые подвиги. Однако при этом нужно было создать иллюзию, что массы сами вознесли Мао на трон. Тогда его власть над страной стала бы несокрушимой и никто даже заикнуться не посмел бы о каком-то там культе».

Как всякий восточный диктатор, Великий кор­мчий делал из политики театр. Декорациями был китайский народ, в основной своей массе оболва­ненный и искренне верящий, что он должен сле­довать указаниям вождя. Лишь Мао знает вер­ный путь! Лишь вождь знает, что следует делать! Помпезные церемонии китайских императоров, преобразованные им на свой лад, отныне опреде­ляли жизнь, труд и быт рядовых китайцев. Мас­сы встречали вождя ритуальным песнопением «Десять тысяч лет жизни Председателю Мао!»

Культ Мао отождествлялся с культом Солнца. Вся страна пела гимн «Алеет Восток»:

С Красного Востока восходит солнце.

В Китае появился Мао Цзэдун.

На многомиллионных манифестациях хунвэй­бины фанатично скандировали лозунги Мао, а маршал Линь Бяо умело ими дирижировал: «Сло­мим стоящих у власти агентов капитализма! Сло­мим реакционно-буржуазные органы власти! Вы­гоним всех дьяволов и злых духов! Избавимся от четырех предрассудков: старого мышления, ста­рой культуры, старых обычаев и старых навыков. Идеи Мао должны руководить вашим духом и преобразить его, а сила духа преобразит материю!»

В «Пояснительной записке» к изданной летом 1967 года карте Пекина говорилось: «Пекин — это центр мировой революции. Пекин — это го­род, где живет наш самый-самый-самый любимый и уважаемый великий вождь Председатель Мао. И днем и ночью народ всей нашей страны и рево­люционные народы всего мира смотрят на Пекин, думают о самом-самом красном солнце».

Воля вождя изображалась как воля всего наро­да, и ей должны были следовать все. Старейший китайский писатель Ба Цзинь позднее вспоминал, что был рабом не только телом, но и душой, всегда готовым на самоунижение. Еще до «культурной революции» его приучили к тому, что долг челове­ка состоит в перестройке своего сознания. Чтобы стать новым человеком, он должен был вытравить из себя все человеческое. Он голосовал, одобрял или проклинал вместе со всеми, потому что этого требо­вала партия, выступавшая от имени народа.

Мао вверг народ в нищету, однако никто вину за свои беды на него не возлагал. Ли Чжисуй сви­детельствует: «Несмотря на ухудшение экономи­ческого положения в стране, любовь китайского народа к «великому кормчему» продолжала рас­ти. В нехватке продовольствия народ обвинял не Мао, а местное партийное руководство. Позже мне рассказывали о множестве случаев, когда послед­ним желанием умирающих от голода крестьян было желание взглянуть на портрет любимого вождя. Все верили, что председатель Мао приве­дет Китай к процветанию и что его идеи не могут быть ошибочными»14.

В своей политической деятельности Мао Цзэдун нередко использовал исторические сведения для конструирования своих идей и постулатов. Лозунг «Древность на службе современности» опирался на традиционные представления о превосходстве китайской культуры. При этом Мао собирался пре­образовать Китай и сделать его богатым и могу­щественным как в древности. «В историческом прошлом он находил ответы на многие вопросы. Из жизни древних императоров он узнавал, как править страной, как манипулировать народом и своими противниками, как бороться против заго­воров и внешних врагов»15. В самом культе Мао Цзэдуна нашли свое преломление традиции куль­та императоров.

При Мао начинает действовать ориентация на толпу, толпа требует не идей, а лозунгов, не логи­ки, а обещаний, не призывов к размышлению, а угадывания ее настроения. Воздействуя на широ­кие слои малограмотного и невежественного на­селения, живущего представлениями традицион­ного патриархального мира, пропагандистско-идеологическая машина стремилась довести эмо­циональное напряжение человека до такой степе­ни, чтобы эмоции мешали аналитическому мыш­лению. Главное — заставить людей действовать по велению чувств, а не разума. «Есть ли у евро­пейцев и был ли у древних людей таком великий человек, как председатель Мао? — ораторствовал маршал Линь Бяо. — У кого еще есть такие зре­лые идеи? Такие гении, как председатель Мао, появляются на свете один раз в несколько сот лет, а в Китае — один раз в несколько тысяч лет. Пред­седатель Мао — величайший гений в мире. Пред­седатель Мао тысячи раз мудр, десять тысяч раз мудр. Идеи Мао Цзэдуна тысячу раз правильны, десять тысяч раз правильны»16. Повсюду повто­ряли цитаты из красных книжечек, и они теряли реальный смысл, превращаясь в заклинание и догму.

Между тем склоки в высших эшелонах власти продолжались. Уже вскоре после IX съезда пар­тии, когда Китай готовился к войне с северным соседом, а Мао начинал переговоры с Соединен­ными Штатами, наметились первые разногласия между Председателем и его «верным оруженос­цем». Мао никогда и никому полностью не дове­рял. Вот и теперь его начинает беспокоить быст­рый рост влияния Линь Бяо и в целом армии. После ссылки хунвэйбинов в село на «трудовое перевоспитание» и пограничных конфликтов с Со­ветским Союзом армия начиняет занимать веду­щие позиции в руководстве страной. На IX съез­де партии военные составили большинство ново­го ЦК. Самую значительную группу в нем соста­вили высшие офицеры бывшей 4-й армии Линь Бяо, занимающие наиболее важные позиции в во­оруженных силах Китая.

Разногласия между Мао и его «наследником» обострились на пленуме ЦК партии в Лушани в августе-сентябре 1970 года. Обсуждался проект новой конституции страны. Мао Цзэдун предло­жил упразднить должность председателя КНР. Однако Линь Бяо и Чэнь Бода настаивали на со­хранении этого поста. Линь Бяо заявил, что Мао должен вновь занять его. Он полагал, что Мао откажется и тогда изберут его. Однако Мао не устраивало наличие двух председателей в Китае. Подобное поведение маршала Председатель ква­лифицировал как «внезапный удар». Видимо, Мао понял, что Линь Бяо превратился в «особый штаб», как до него Пэн Дэхуай и Лю Шаоци, и сделал соответствующие выводы.

Вскоре исчезает с политической сцены ближай­ший сподвижник маршала Чэнь Бода. Однако со всемогущим маршалом справиться было не про­сто. Поэтому Мао Цзэдун стал выжидать удобно­го момента, одновременно лишая Линь Бяо опо­ры в столице. Верные ему высшие офицеры из Пекинского военного округа получают направле­ния в другие места службы. С ноября 1970 года по всей стране начинается реорганизация пар­тийных комитетов в целях освобождения их от влияния военных. В конце года, беседуя с амери­канским журналистом Эдгаром Сноу, Мао заявил, что в Китае есть люди, которые кричат «Сто лет жизни Мао!», но в действительности желают ему смерти. Имен он не назвал, но многим было ясно, что имелся в виду Линь Бяо.

Позднее стало известно, что с марта 1971 года сын Линь Бяо — Линь Лиго, один из руководите­лей военно-воздушных сил Китая, начал подго­товку заговора с целью убийства Мао. Вместе со своими соратниками он разработал проект 571, в котором Мао Цзэдун характеризовался как «круп­нейший феодальный деспот в истории Китая», который в «марксистско-ленинском обличье при­меняет законы Цинь Шихуанди». В осуществле­нии путча заговорщики рассчитывали на поддер­жку со стороны Советского Союза. Известно, что длительное время, вплоть до конца 50-х годов, Линь Бяо поддерживал тесные отношения с советскими военными. В конце 30-х годов он учился в Совет­ском Союзе. Во время Корейской войны, когда Линь Бяо командовал китайскими добровольцами, он постоянно взаимодействовал с советниками из СССР.

Однако Мао Цзэдун узнал о планах путчистов. В их стане оказалась изменница — дочь маршала по имени Линь Доудоу, которая выдала их планы службе госбезопасности. Тогда Линь Бяо и его близкие решают бежать на самолете «Трайдент», который находился в личном распоряжении ми­нистра обороны. На территории Монголии само­лет, направлявшийся в Советский Союз, потер­пел катастрофу и все, находящиеся на его борту, погибли. Впрочем, это изложение официальной версии. Как все происходило на самом деле, до сих пор в точности неизвестно. Однако эти собы­тия, получившие название «сентябрьский кри­зис», вновь подтвердили политическое неблаго­получие в Китае.

Измена ближайшего соратника и попытка пут­ча сильно повлияли на Мао Цзэдуна, здоровье которого после этих событий стало быстро ухуд­шаться. Когда в ноябре 1971 года, спустя два ме­сяца после исчезновения Линь Бяо, китайцы вновь увидели Председателя в телерепортаже о встрече с премьером Северного Вьетнама, они были по­трясены. Мао заметно постарел и ходил неуверен­но, словно тяжело больной человек.

Вскоре началась реабилитация жертв «культур­ной революции». В феврале 1973 года возвраща­ется Дэн Сяопин. Мао вновь понадобились его ор­ганизаторские способности, ведь теперь речь шла о созидании, а не о разрушении. Обстановка в стра­не была сложной. Все более откровенно рвались к власти радикалы во главе с супругой Великого кормчего Цзян Цин. Им противостояла группа Чжоу Эньлая, прагматика, делавшего упор на эко­номическое строительство, который всегда отли­чался огромной работоспособностью. Однако в 1972 году, накануне приезда в Китай американ­ского президента Ричарда Никсона, врачи обна­ружили у Чжоу Эньлая раковую опухоль. К 1974 году состояние его заметно ухудшилось, хотя пре­мьер продолжал работать.

Прагматическому курсу Чжоу Эньлая — Дэн Сяопина противостояла фракция радикалов: поль­зовавшаяся огромным влиянием Цзян Цин; шан­хаец Чжан Чуньцяо, по некоторым данным, ее любовник; Яо Вэньюань — публицист и идеолог, зять Мао; Ван Хунвэнь — правая рука Чжана, умелый организатор, но довольно невежественный человек. Позиции радикалов заметно окрепли после X съезда КПК, состоявшегося в августе 1973 года.

Это был последний съезд при жизни Мао Цзэ­дуна. Делегаты единодушно осудили Линь Бяо и Чэнь Бода и признали правильной линию на продолжение «культурной революции». Ван Хунвэнь был избран заместителем председателя ЦК КПК. В своем докладе он говорил, что в пар­тии всегда обостряется борьба между двумя клас­сами и двумя путями, что «правые» могут рес­таврировать власть, поэтому время от времени, каждые 8-10 лет, необходимы новые «культур­ные революции».

Между тем Чжоу Эньлай и Дэн Сяопин зани­маются практической работой. На свои места возвращены многие из прежних хозяйственных и партийных руководителей. Правительство призы­вает восстановить наконец-то порядок. Однако средства массовой информации полностью контро­лируются радикалами. На первое место ставится политика и идеология. Власть на местах находит­ся в руках выдвиженцев «культурной револю­ции», совершенно не разбирающихся в экономи­ке. С течением времени все больше намечается конфронтация между двумя группировками в высших эшелонах власти: радикалами во главе с Цзян Цин и прагматиками, возглавляемыми Чжоу Эньлаем и Дэн Сяопином.

8 января 1976 года умирает Чжоу Эньлай. По­зиции прагматиков были существенно ослабле­ны с его уходом. Тяжело больной Мао Цзэдун уже практически ни во что не вмешивается, ог­раничиваясь время от времени записками-рас­поряжениями, поскольку речь его была уже со­вершенно нечленораздельна. Атаки радикалов на Дэн Сяопина усиливаются. В противовес ему возвышается Хуа Гофэн — министр обществен­ной безопасности и заместитель премьера Госсо­вета. Усилия радикалов в конце концов увенча­лись успехом.

4 апреля 1976 года в Китае отмечали день по­миновения усопших. Неожиданно для многих в центре площади Тяньаньмэнь возле обелиска ге­роям было возложено много венков в память не­давно скончавшегося Чжоу Эньлая. К вечеру того же дня на площади собрались несколько сотен тысяч человек. Зазвучали стихи, в которых сла­вились Чжоу Эньлай и Ян Каихуэй — первая жена Мао Цзэдуна. Тем самым люди выражали неприязнь к Цзян Цин, нынешней супруге Пред­седателя. Раздавались призывы к борьбе против тех, кто предает забвению память о Чжоу Эньлае и искажает его наследие.

Так у радикалов появился удачный повод для смещения неугодного Дэн Сяопина. Собралось срочное заседание политбюро. С Мао Цзэдуном связь поддерживалась через его племянника Мао Юаньсиня. На политбюро вина за это «контрре­волюционное выступление» была возложена на Дэн Сяопина. Было предложено лишить его всех постов, что Мао одобрил. Однако за Дэна засту­пился министр обороны маршал Е Цзяньин, за­явив, что уйдет в отставку, если того исключат из партии. Так Дэн Сяопин остался в партии, хотя и был сослан.

9 сентября 1976 года умер Мао Цзэдун. Закан­чивалась целая эпоха в истории Китая. Личный врач Председателя Ли Чжисуй пишет в своей кни­ге: «В первые годы я восхищался Мао. Он спас Китай от японского владычества и походил на божьего посланника. Но за годы «культурной ре­волюции» мои мечты о новом Китае, свободном от угнетения и неравенства, развеялись в прах. Я перестал верить в идеи коммунизма, хотя и был членом КПК. Глядя, как электрокардиограмма чертит прямую линию сердечного ритма «велико­го кормчего», я ощущал конец целой эпохи и по­нимал, что звезда Мао погасла навсегда».

Политбюро постановило забальзамировать тело Мао и поместить его в специально сооруженный мавзолей. Когда об этом сообщили доктору Ли, тот пришел в отчаяние: «Вы же должны понять, что даже железо и сталь со временем разрушают­ся. Что же говорить о теле умершего человека. Как предотвратить его разложение?» Доктор вспомнил о своей поездке в 1957 году в Москву и посещении мавзолея Ленина-Сталина. Их тела напоминала высохшие мумии. Доктору рассказа­ли, что нос и уши Ленина совершенно испорти­лись и их пришлось заменить восковыми копия­ми. У Сталина же полностью отвалились его зна­менитые усы. И это несмотря на то, что техника бальзамирования в Советском Союзе была гораз­до совершенней, чем в Китае. Сомнения в успеш­ном бальзамировании были так велики, что изго­товили даже восковую копию покойного, чтобы поместить ее в мавзолей.

Несмотря на некоторые сомнения, бригада вра­чей все же пришла к выводу, что сохранить тело вождя удастся. Было решено оставить мозг Мао на месте, однако все внутренности удалить, а в стеклянный гроб, в котором будет покоиться за­бальзамированное тело, закачать гелий. После окончания недели траура 19 сентября состоялся митинг памяти Мао. На площади Тяньаньмэнь собрались более полумиллиона человек. Ровно в 3 часа дня весь Китай замер. На 3 минуты остано­вились фабрики и заводы. Гражданскую панихи­ду открыл Ван Хунвэнь. Ближайшие соратники покойного вождя стояли вместе, но это было ка-, жущееся единство. Уже вскоре вновь обострилась внутриполитическая борьба.

Годы диктатуры привели к тому, что для на­следования «трона» хватило бы соответствующего указания Мао Цзэдуна. Ничего более легитимно­го попросту не могло быть. Поэтому и Хуа Гофэн, располагающий запиской Мао «Когда ты у влас­ти, я спокоен», и Цзян Цин, законная супруга усопшего вождя, претендовали на власть. Вопрос стоял остро — кто кого?! При жизни Мао его жена, несмотря на свой вздорный характер и неужив­чивость, пользовалась большим авторитетом и даже уважением. Доктор Ли Чжисуй свидетель­ствует, что когда она приходила на заседание по­литбюро, все вставали и в зале воцарялась тиши­на. Ей предлагали самое лучшее место, ловили каждое ее слово. Но уже на первым заседании по­литбюро после смерти Мао уважения как не бы­вало. Когда она вошла, никто не обратил на нее ни малейшего внимания. Когда Цзян Цин брала слово, ее никто не слушал. Обстановка в полит­бюро резко изменилась. К слову сказать, из его мемуаров мы узнаем, что у Цзян Цин на правой ноге было шесть пальцев — существенный психо­логический нюанс, позволяющий многое объяс­нить в ее поведении с точки зрения комплекса неполноценности.

Цзян Цин ощущала, как в политбюро нараста­ла к ней вражда. Она с возмущением говорила Хуа Гофэну: «Еще не успело остыть тело Предсе­дателя Мао, а Вы уже хотите вышвырнуть меня? Это так Вы благодарите Председателя за то, что он Вас выдвинул?» Хуа Гофэн на это отвечал: «Таких намерений у меня нет. Живите мирно у себя в доме. Вас никто не собирается выбрасы­вать оттуда». Однако вдова, явно переоценивая свои силы и возможности, не последовала этому достаточно прозрачно выраженному совету. А мо­жет быть, она уже не могла остановиться в своем стремлении к власти?!

Ее соратники деятельно готовятся к возмож­ным столкновениям. Но Хуа Гофэн, маршал Е Цзяньин и глава службы безопасности политбюро Ван Дунсина внимательно следили за действиями радикалов. Наконец, они приняли решение арес­товать четверку вечером 6 октября. Акция была осуществлена спецназовцами Ван Дунсина и про­шла без инцидентов.

Читать дальше




Категория: Из современной истории Китая | Добавил: magnitt
Просмотров: 1541 | Загрузок: 0 | Рейтинг: 0.0/0 |
Всего комментариев: 0

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Copyright MyCorp © 2017
Сайт управляется системой uCoz