Туристический центр "Магнит Байкал"
                                                                                
                                                                                                                                   
Вторник, 27.06.2017, 23:46
Приветствую Вас Гость | Регистрация | Вход




Главная » Статьи » Полезная информация » Народы, традиции, обычаи


Эти странные американцы - 2

Классовое происхождение и социальный статус

На вопрос, к какому классу он относится, почти лю­бой американец ответит: к среднему (на практике это значит, что у вас есть какая-никакая работа). Совре­менные американцы больше не верят, что кто угодно может стать президентом и даже слишком остро со­знают разницу между очень богатыми и очень бедны­ми. При этом они отнюдь не отказались от иллюзии равенства.

Классовая структура Америки чрезвычайно измен­чива. Сын водопроводчика запросто может стать про­фессором, а сын профессора - водопроводчиком, особенно если вовремя разберется, у кого какая зар­плата.

В других странах люди из богатых семей могут позволить себе жить в праздности. В Соединенных Штатах - ни за что, потому что там даже тот, кто мо­жет себе позволить не работать, должен притворять­ся, что работает. Неработающий человек - вообще не человек. Первый вопрос при любом знакомстве: «Чем вы занимаетесь?» (А второй, как правило: «Вы отку­да?»). Единственный недопустимый ответ: «Ничем. Я богат».

Говоря о «благородстве», американцы имеют в виду неопределенную комбинацию происхождения и по­ведения, никак не связанную с богатством. Дональд Трамп, например, был очень богат, но совсем не бла­городен, тогда как у Кэтрин Хепберн благородства -хоть отбавляй.

Иммигранты

Каждая новая волна иммигрантов сталкивается с не­прикрытым недружелюбием со стороны старых им­мигрантов. Голландцы из Нового Амстердама (ны­нешний Нью-Йорк) косо смотрели на английских пе­реселенцев; английские переселенцы хмыкали в сто­рону немцев, которые отказывались брать на работу ирландцев, которые шипели на русских и поляков, которые брезговали жить по соседству с вьетнамца­ми, и так далее. Любой человек, уже попавший в Шта­ты, сделает все, чтобы не пустить туда других.

Хотят американцы этого или нет, но ежегодно че­рез их границу (надежно огороженную и усердно ох­раняемую) переправляются сотни и тысячи мекси­канских граждан. Чисто количественным показате­лем Мексика скоро добьется того, что не удавалось никому другому: завоевания Соединенных Штатов. На западе и юго-западе Америки испанский уже стал неофициальным вторым языком: все уже привыкли, что вывески и официальные документы написаны на двух языках. Если вы хотите, чтобы с вашего рабоче­го места убрали пакет с мусором, на нем лучше напи­сать BASURA («мусор» по-испански), а не TRASH («му­сор» по-английски).

Мой кадиллак - моя крепость

Машина, так же, как дом и сад, - обязательная состав­ляющая Американской Мечты.

Средняя американская семья владеет 1,8 автомоби­ля (сто сорок семь миллионов транспортных средств на двести пятьдесят пять миллионов населения); каж­дый автомобиль проезжает около десяти тысяч миль за год со средней скоростью 59 миль в час (около 75 процентов транспортных средств движутся быстрее разрешенных законом 55 миль в час: те, кто движется медленнее, только что видели полицейского). Боль­шинство машин используются для ежедневных поез­док на работу: менее 6 процентов работающих аме­риканцев пользуются общественным транспортом. Значительная часть великолепных американских вы­сокоскоростных автострад загружена на триста и бо­лее процентов и дважды в сутки превращается в ги­гантские автостоянки. Первенство по числу автомо­бильных пробок делят между собой Сан-Франциско и Вашингтон.

Если американцу надо попасть в какое-нибудь мес­то, до которого несколько минут пешком, он не пой­дет пешком. Ходьба - это не по-американски. Лучше он туда доедет и, если надо, подождет, пока можно бу­дет поставить машину как можно ближе. Из-за того, что водители кружат вокруг магазинов, высматривая место поближе к нужной им двери, образуются проб­ки и заторы.

Во всех американских машинах стоят кондиционе­ры и автоматические коробки передач. Машину с ры­чагом переключения передач водить труднее, поэто­му она считается более спортивной, признаком му­жественности (впрочем, если вам каждое утро та­щиться тридцать миль на работу по забитой дороге, как многим американцам, рука отвалится дергать ры­чаг). Некоторые американцы нарочно покупают ма­шины с неавтоматической коробкой, чтобы машину не могла водить их жена - и наоборот.

Машина для американца - не только его крепость, но и костюм, и прическа, и вообще то, как его видят окружающие. Водители не только выбирают машины, отражающие их характер, от красной «мазды» до длинного черного «мерседеса», но еще и приукраши­вают их по-всякому. На машинах рисуют языки пла­мени, полоски, лесные пейзажи, приделывают к ним зеркала, хромированные загогулины и дополнитель­ные фары. Старые школьные автобусы облепляют всякими наклейками и превращают их в передвиж­ные домики. (Японские машины пренебрежительно называют «рисовыми ракетами» или «малодурашка-ми». Мелкотравчатые европейские машины вообще запрещены, поскольку создают неудобства на автост­радах).

Менее выпендрежные водители ограничиваются наклейкой на бампере, сообщающей об их образова­нии, политических взглядах или семейном положе­нии, от «Йельская юридическая школа» до «Если вы богаты, то я не замужем».

Распространению лозунгов на колесах вовсю спо­собствуют власти каждого штата, которые, за не­сколько долларов доплаты, предлагают специальные номерные знаки. Такие «персональные номера» поз­воляют водителям украсить свои авто краткими по­сланиями по собственному выбору. Краткость вызва­ла к жизни сложную систему шифровки, и теперь во­дители стараются перещеголять друг друга в остро­умии. На щегольской красной двухместке может сто­ять оскорбительное: ВЫЗ НОС, на машине хирурга-косметолога - СВЕДУ Р1КИ или КРАСОДЕЛ, на автомо­биле любительницы кошек - КОТОМАМА, на машине адвоката - А2КАТ. Драненький «шевроле-пикап» мо­жет вопиять «СОВ7 ДО100ЛИ», а строгого вида чер­ные седаны с клерикальными медальонами напоми­нать: ИСХ или III XVI - отсылка к соответствующему стиху из Евангелия от Иоанна. Встречаются и поли­тические лозунги, вроде ДМКРАТ или СЛОН.

Все эти надписи проверяются на предмет потенци­альной оскорбительности, хотя и с переменным ус­пехом: в большинстве штагов чиновники говорят не на всех языках. Один гражданин захотел табличку СЕ­НАТ ГАД, ему отказали, он заявил публичный протест и добился своего.

Церковь против государства

Официальной религии в Америке не существует во­обще, если не считать повального преклонения перед Маммоной и всеобщего культа Диснея. Насаждение религии запрещено Конституцией, кроме того, рели­гия решительно отделена от политики. На школьных выпускных праздниках запрещено произносить мо­литвы, и не дай Бог какому-нибудь городскому совету в рождественские дни потратить хоть цент муници­пальных денег на макет стойла, где родился Христос.

Американцы имеют право исповедовать любую ре­лигию, какую им вздумается. Свобода совести дошла до того, что разрешается даже придумать свою собст­венную религию. Основать религию может любой желающий. Иногда это мероприятие приносит не­дурной доход, поскольку религиозные учреждения не платят налогов, и пожертвования в их адрес тоже на­логами не облагаются. Таким новым церквям дают на­звания вроде Всеобщей Торжествующей Церкви, Все­общей Церкви Жизни или Господней Церкви Биб­лии-Скалы. Впрочем, самой влиятельной церковью американского происхождения остается Церковь Святых Последних Дней из Юты, также известная как секта мормонов, у которой миллионы последовате­лей по всему миру, причем чем дальше, тем больше.

В так называемом Библейском Поясе, который на­чинается где-то приблизительно в южной части Вос­точного побережья и распространяется куда-то при­мерно до Миссури или Канзаса, маленькие независи­мые секты растут, как кустики хлопка; все они обыч­но проповедуют вариации на любимые темы: эволю­ция - бред, грешников ждет ад, Господь возлюбил Америку больше всех.

Американцам нравится мысль, что если с ними что-то случится, остальной мир не протянет и дня. Так, время от времени кто-нибудь начинает кричать о скором конце света, опираясь, как правило, на новый математический подход к Апокалипсису или на то, что астрономы заметили в небе какую-то подозри­тельную гадость. Иногда это приводит к массовой ис­терике и все начинают повально обращаться к Ис­тинной Вере, дабы зарезервировать себе приличное место на последнем Суперкубке.

ОБРАЗ ЖИЗНИ

Семья

Американские политики-консерваторы очень любят рассуждать о семейных ценностях. Беда в том, что ни один американец не знает в точности, что это такое.

Американцы вовсю разводятся, размножаются вне бра­ка, гомосексуальные пары рожают и усыновляют де­тей, а треть населения все равно живет поодиночке.

Американский брак - это скорее многосерийная моногамия, чем пожизненная привязанность, осо­бенно в больших городах. Чуть ли не половина бра­ков заканчивается разводами. Впрочем, цифра эта об­манчива: некоторые, вроде Элизабет Тейлор-Хилтон-Уилдинг-Тодд-Фишер-Бартон-Бартон-Уорнер-Фор-тенски, ходят замуж чуть не каждый год, но треть аме­риканцев, раз вступив в брак, больше уже не рыпают­ся. Остальные, перепробовав несколько супругов, на­конец успокаиваются. Примерно десять процентов мужчин и пять процентов женщин вообще не женят­ся и не выходят замуж.

Под «семьей» американцы понимают классический набор из мамы, папы и детишек. То, что такие семей­ства становятся все большей редкостью, никак на их взгляды не влияет.

Необходимый атрибут идеальной семьи - нерабо­тающая жена, заботливая, хозяйственная мама, кото­рая встречает детишек из школы свежим домашним печеньем. Такие мамы еще встречаются, но вымира­ют, как мамонты. Восемьдесят с лишним процентов женщин в возрасте от тридцати пяти до сорока пяти лет каждый день ходят на работу по одной простой причине: им нужны деньги. Малышей сдают в дет­ский сад или подкидывают родственникам или сосе­дям; детей постарше отправляют в школу, а потом - на продленный день. Работающие родители, особенно те, у которых работа ответственная, проводят с деть­ми считанные часы и воспитывают не количеством, а качеством.

Детей учат быть самостоятельными и осмотритель­ными и с малых лет внушают им чувство собственно­го достоинства. Американские родители относятся к своим отпрыскам с заискивающей предупредитель­ностью, какой не дождешься ни от одного родителя-европейца: «Ты чего хочешь на завтрак, фруктовых колечек или рисовых шариков? А молочка столько хватит? Ну ладно, ладно, сейчас вылью из этой мисоч­ки и перелью в мисочку с мишкой». Ориентирован­ная на детей культура, всякие там Дональды Даки и Динозаврики Барни, проникает в каждый дом, запол­зает в разговоры и выплескивается с телеэкранов. Все вечера и выходные посвящены детям. Домашние за­дания в американских школах задают пустяковые, чтобы детишкам хватало времени часами валяться перед телевизором.

Бэби-ситтер (то есть няня) - удовольствие дорогое, к тому же поди ее найди, когда все подростки трудят­ся в «Макдональдсе». Поэтому американские родите­ли повсюду таскают своих карапузов за собой, в том числе на коктейли, в кино и на свадьбы.

Деток принято уберегать от всех мыслимых рисков и опасностей. Вместе с первым велосипедом амери­канский малыш получает в подарок свой первый ве­лосипедный шлем. Правительство дотошнейшим об­разом проверяет каждую игрушку: а если с ней обра­щаться не по инструкции, не будет ли от нее какого вреда? Дни детских химических наборов и рогаток давно канули в вечность. На школьных уроках физ­культуры теперь вместо американского футбола игра­ют в более безобидный футбол европейский, а из об­щественных бассейнов, под нажимом страховых ком­паний, бесследно исчезли все вышки.

С другой стороны, во многих семьях, как только де­ти получают права (обычно в шестнадцать лет), им покупают машины. Страховку приходится платить умопомрачительную, однако поскольку обществен­ного транспорта почти не существует, мамы эконо­мят на этом по несколько часов ежедневно. Из таких заласканных, домашних деток вырастают настоящие американцы - самоуверенные, самовлюбленные, хваткие, жизнерадостные, мечтающие лишь об од­ном: теперь, когда предки от них отвязались, учинить что-нибудь опасное для жизни.

Вечные подростки

Для многих американцев лучшие годы жизни - это старшие классы, от пятнадцати до восемнадцати лет. У подростков никаких обязанностей, куча возможно­стей заработать на карманные расходы и пропасть энергии, чтобы оттягиваться и хулиганить. Многие так на всю жизнь и застревают на этой стадии, валяя дурака и увиливая от всевозможных обязанностей до самого старческого слабоумия.

Любой американец мечтает стать знаменитым спортсменом, вроде баскетболиста Майкла Джордана или футболиста Джо Монтаны (оба, между прочим, еще и богаты, это тоже не вредное качество). Каждое воскресенье на детских площадках собираются тол­пы великовозрастных доморощенных атлетов, кото­рые гоняют мяч и делают вид, что без труда стали бы профессионалами, если бы не досадная необходи­мость кормить семью.

Американки мечтают быть кинозвездами или фо­томоделями и в выходные рыщут по косметическим магазинам, стараясь переплюнуть Полину Порижкову и Синди Кроуфорд. Еще они предаются домохозяйст-венным мечтам, о том, например, чтобы сделать ре­монт в ванной для гостей, вышить крестиком чехлы на стулья или «закатать» дюжину-другую банок мари­нованных помидоров. Дама по имени Марта Стюарт, телеведущая и владелица журнала, сколотила круг­ленькое состояние, обучая американских дам гладить простыни, выращивать петрушку и делать венки из сухих цветов. Впрочем, до дела у американок редко доходит. Все свое время они тратят на мечты о том, на что в принципе способны.

Секс

Все американцы знают, что какой бы ни была их ин­тимная жизнь, ее можно значительно улучшить. Кни­ги о том, как получать больше радостей от секса, про­даются как горячие пирожки, а любой уважающий се­бя дамский журнал ежемесячно публикует хотя бы по одной статье о том, Как Это Делать Лучше. Смущаться и обходить эти темы теперь не принято.

Однако разговоры разговорами, а смущение нику­да не девается. По сути своей американцы невероят­но целомудренны. В большинстве штатов закон за­прещает ходить голышом в общественных местах, на пляже нельзя появляться без купального костюма, удовлетворяющего хотя бы минимальным приличи­ям; в особенности это касается мужчин - на средне­статистические американские купальные трусы идет в три раза больше материи, чем на европейские плав­ки. Нудистских и «безверхих» пляжей мало, а женщи­на, скинувшая бюстгальтер на общественном пляже, рискует угодить в кутузку (правда, жительницы Нью-Йорка недавно отсудили себе право ездить в метро голыми по пояс, если им заблагорассудится).

Супружеские измены - дело обычное, но общест­вом не одобряемое. Американский нравственный идеал, не имеющий ни малейшего отношения к аме­риканской реальной жизни - это брак на всю жизнь между двумя девственниками. Самые строгие мораль­ные требования предъявляются к политическим ли­дерам. Именно поэтому все политические скандалы на почве секса носят приглушенно-безобидный ха­рактер, не то что в других странах*. В Америке ни под каким видом не принято признаваться в том, что вы провинились на стороне, а уж тем более в том, что вам это понравилось.

Вся эта шумиха вокруг секса отнюдь не означает, что американцы ведают, что творят. Презервативы, когда-то ютившиеся на дальних аптечных полках, те­перь продаются на любой заправочной станции и га­зетной стойке, но консервативные родители по-прежнему воюют против того, чтобы в школах пре­подавали основы полового воспитания, так как это, мол, безнравственно. В результате многие американ­цы понятия не имеют, как происходит размножение у млекопитающих. Отсюда большое количество бере­менных девочек-подростков.

Секс на службе для американцев хуже горькой редьки, поскольку малейшее подозрение в малейшем сексуальном домогательстве грозит судом. Автомеха­ники больше не развешивают по стенам гаража фото­графии голых девиц - это запрещено, а начальнику, рассказавшему секретарше сальный анекдот, грозит вылет со службы. В последнее время до американцев медленно, но верно начинает доходить, что мужчины и женщины относятся к сексу по-разному, а новей­шие исследования показали, что дело тут в генах. Те­перь нашкодивший муж может прийти и сказать: «Зо­лото мое, я тут не при чем. Это все гены».

Манеры

Хорошие манеры завораживают американцев, по­скольку у них самих манеры хуже некуда. В послед­ние годы родителей из среднего класса стало нако­нец тревожить, что их отпрыски не только не знают, какой именно вилкой пользоваться на званом обеде, но и вообще предпочитают обходиться без вилки. Ну да, может быть, отчасти дело в том, что обедают они по большей части с приятелями в фаст-фудах, а не за семейным столом.

И вот американцы заинтересовались манерами: повырастали, как грибы, школы этикета, где юных ди­карей обучают вести себя правильно, изысканно и по-американски. Пришлось выдумать правила пове­дения для всяких в прошлом неслыханных случаев. Как представить знакомым счастливую молодую пару - сына и его друга? Как должен вести себя отчим не­весты во время свадебной церемонии? Полагается ли приводить на первое же свидание с новым поклонни­ком своих детей?

Американцы умудряются сочетать почти показную грубость с искренней заботой об окружающих. Они орут в общественных местах, чавкают за столом, под­резают друг друга на перекрестках, не моргнув хвата­ют с блюда последнюю булочку. При этом они щедро жертвуют на благотворительность, любят животных и стараются помогать бедным.

Многие оттенки американского поведения носят региональный характер. Нью-йоркцы любезны, но деловиты, за что их считают грубиянами и проныра­ми, а душевные люди со Среднего Запада такие туго­думы, что даже на покупку куска мыла тратят по пол­часа.

Курение

Курильщиков американцы не любят, просто терпеть не могут, а поскольку излишней скромностью этот народ не отличается, вам на каждом шагу будут объ­яснять, насколько вас не любят. В некоторых районах страны лучше сразу застрелиться и повеситься, чем быть курильщиком.

Курение - своего рода классовый показатель, отде­ляющий рабочих от начальников. В развеселых дере­венских кабачках не продохнуть от табачного дыма, зато если вы увидели курильщика в вестибюле отеля «Ритц-Карлтон», можно поспорить, что это немецкий или японский турист, или совладелец табачной ком­пании, размышляющий, в какое бы другое место вло­жить свои деньги.

Караул, опаздываю!

Американцы (особенно из больших городов) похожи на Кролика из «Алисы в стране чудес»: они вечно суе­тятся и поглядывают на часы, чтобы не опоздать. И, конечно, опаздывают, еще как. Особенно этим сла­вятся богатые и влиятельные американцы. Высокопо­ставленные американцы относятся к своему времени трепетно, зная, как дорого оно стоит. Адвокаты берут плату за каждые шесть минут; для человека, зарабаты­вающего восемьдесят миллионов в год, потратить две-три минуты на пустые любезности значит выбро­сить на ветер несколько тысяч долларов, и он пре­красно это понимает.

ОБЫЧАИ И ТРАДИЦИИ

Праздники

Как и во всякой сугубо светской стране, в Соединен­ных Штатах с праздниками проблема, поскольку ре­лигиозные праздники не могут быть общенародными выходными. При этом все традиционные праздники -церковного происхождения. И что тут, спрашивается, делать?

Американцы вышли из положения так у них суще­ствуют праздники двух разновидностей. К первой от­носятся официальные праздники, в основном патри­отического характера, посвященные великим людям или важным историческим событиям; за год их наби­рается около десятка. Их по большей части переносят на понедельники, чтобы все работающие могли всласть побездельничать. Все банки и предприятия закрыты, почту не разносят, коммунальные службы бездействуют. Открыты только магазины. Магазины в Америке всегда открыты, за исключением Рождества.

Светские праздники, как правило, сводятся к пара­дам, речам и громко разрекламированным распрода­жам. Однако три летних праздника - День поминове­ния, четвертое июля (День независимости) и День трудящихся - традиционно отводятся для «барбекю», то есть зажаривания какого-нибудь мяса на свежем воздухе. По всей стране домовладельцы начищают шампуры, распаковывают сосиски для детей, куряти­ну, бифштексы или ребрышки для себя, вымачивают куски угля в вонючих зажигательных жидкостях, а по­том превращают мясо в уголья, травят воздух и пор­тят себе желудки. «Барбекю» на заднем дворе - вооб­ще популярное летнее развлечение, но уж в эти три дня - хочешь не хочешь, а надо.

Четвертого июля кроме горелого мяса воздух от­равляют еще и фейерверки. Каждый городок пыжит­ся изо всех сил, чтобы устроить приличный «общест­венный) фейерверк, а во многих семьях покупают еще и свои ракеты и хлопушки. Поскольку правила пожарной безопасности в разных штатах разные, это приводит к разгулу контрабанды: всякие интересные пиротехнические игрушки расползаются из штатов с самыми мягкими законами туда, где гайки закручены туже.

Существует еще с десяток неофициальных празд­ников, связанных с традициями или религиозными чувствами, которые вовсю подогреваются производи­гелями сувениров и поздравительных открыток и продавцами цветов - такие, как День секретарши, День бабушки и дедушки, и Сладкий день (приходя­щийся на субботу через полгода после Дня Святого Валентина), который пятьдесят лет назад выдумал один чикагский кондитерский магазин.

В День Святого Патрика каждый американец пре­вращается в почетного ирландца, все вокруг зеленеет, даже то, что позеленеть не может в принципе. В ба­рах подают зеленое пиво, в магазинах торгуют зеле­ными бубликами, а в Чикаго заходят еще дальше и красят воду в реке в зеленый цвет.

В День Святого Патрика полагается выпить хотя бы рюмочку спиртного в каком-нибудь ирландском ба­ре: в этот день все бары становятся ирландскими, а все музыканты - ирландцами. Американские алкого­лики со стажем презрительно называют возлияния в День Святого Патрика «любительщиной».

Но вряд ли какой праздник так дорог cepfliry аме­риканца как Хэллоуин. В нем сосредоточены сразу несколько отличительных национальных черт - по­казуха, религиозная нетерпимость, паранойя и жажда наживы - все они собираются вместе в Хэллоуин, что­бы праздновать, протестовать и набивать карманы. И взрослые, и дети надевают маскарадные костюмы, иногда прямо на работе (если вам надо куда-то в этот день лететь, стюардессы наверняка окажутся наряже­ны ведьмами или феями). Консервативные религиоз­ные родители каждый год пытаются запретить на школьных праздниках тыквы и костюмы привиде­ний, потому что они, мол, склоняют детишек к сата­нинскому культу. Другие родители разрешают своим отпрыскам отправляться «колядовать» (кодовое на­звание для «А ну давай что-нибудь вкусное, а то я те­бе все кусты туалетной бумагой замотаю») - но потом, во избежание беды, тащат сладости в ближайший аэ­ропорт или полицейский участок, чтобы их там про­светили рентгеном («бритва в яблоке» - страшилка, всплывающая каждый год).

Новый Год представляет собой унижение иного свойства: если вы одиноки, вам надо во что бы то ни стало найти себе спутника хотя бы на этот вечер. Ес­ли вы, чего доброго, остались в новогодний вечер без партнера, это окончательное и бесповоротное дока­зательство вашей полной социальной и сексуальной никчемности.

На Восточном побережье праздник состоит в том, чтобы смотреть по телевизору гуляние на Тайме Сквер в Нью-Йорке - там, кстати, точно знают, когда именно наступает Новый Год. Поскольку Соединен­ные Штаты растянулись на пять часовых поясов, Но­вый Год скачет по стране пятью скачками, и к тому времени, как на Гавайях раздается треск новогодних хлопушек, вся остальная страна уже спит мирным сном.

Семейные сборища

День Благодарения, третий четверг ноября - день, когда вся семья собирается за одним столом. Взрос­лые дети, преодолев маету переполненных самолетов и забитых дорог, возвращаются в родное гнездо, что­бы объедаться, упиваться и поминать друг другу то, о чем не доругались в прошлом году.

Гвоздем традиционного обеда является жареная индейка, фаршированная хлебными крошками и шалфеем, к которой подаются всякие сладкие под­ливки, картофельное пюре с мясным соусом, пече­ный картофель, жареный картофель, печеный каба­чок, кабачковое пюре, рыбный салат, зеленый салат, тушеные помидоры, консервированная стручковая фасоль, тушеный лук со сметаной, брюссельская ка­пуста, кукурузные лепешки, французские булки, клюк­венное повидло, сельдерей, оливки, тыквенный пи­рог, яблочный пирог, фруктовый пирог, индейский пудинг и мороженое. Задача - наесться так, чтобы бы­ло не пошевелиться, а потом смотреть по телевизору футбол. В этот день полагается, склонив голову, воз­благодарить Провидение за его многие блага. На са­мом деле почти все про себя благодарят судьбу, что такие семейные сборища случаются только раз в году.

Читать дальше
 

Категория: Народы, традиции, обычаи | Добавил: magnitt (24.07.2010) | Автор: Тимур
Просмотров: 4874 | Комментарии: 1 | Рейтинг: 0.0/0 |
Всего комментариев: 1
1  
хочу в Америку.блин почему же у меня нет там родственников или друзей!


Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]