Туристический центр "Магнит Байкал"
                                                                                
                                                                                                                                   
Пятница, 28.04.2017, 00:50
Приветствую Вас Гость | Регистрация | Вход




Главная » Статьи » Полезная информация » Народы, традиции, обычаи


Эти странные американцы - 4

ПРАВИТЕЛЬСТВО И БЮРОКРАТИЯ

 

Американское правительство напоминает много­слойную пирамиду. На самом верху находится Феде­ральное правительство, у которого кое-какие опреде­ленные обязанности, записанные в Конституции. Дальше идут пятьдесят правительств штатов, которые занимаются тем, чем Федеральному правительству за­ниматься не положено, вроде образования, торговли спиртным и регистрации транспортных средств. По­этому законы одного штата отличаются от законов другого, что приводит, например, к повальному бег­ству рассорившихся супругов в штат, где легче всего развестись (Невада).

 

Штаты делятся на округа, которые в свою очередь делятся на города и районы. Главную роль во всем этом играют налоги: некоторым американским граж­данам приходится платить налоги городу, округу, штату и федеральному бюджету, и пытаться кое-как протянуть на то, что останется.

 

Американцам ненавистна сама идея правительства. Именно антиправительственные настроения и заста­вили когда-то колонии искать независимости. «Чем меньше правительство правит, тем оно лучше», - за­являют друг другу американцы с прочувствованным кивком, или: «Пущай правительство не сует нос в мои дела». Идея, в общем, прекрасная, но трудновыполни­мая. Главная же проблема в том, что многие действия правительства приводят американцев в восторг.

 

Они будут шипеть, как мартовские коты, если пра­вительство предложит ввести пятицентовый налог на бензин, но прыгают от счастья, если правительство заново заасфальтировало ближайший к их дому вы­езд с шоссе. Они не хотят, чтобы правительство лез­ло в их медицинские проблемы и выбирало им врача, но счастливы от души, что дядю Джейка, который во­евал в Корее, положили в больницу бесплатно, пото­му что он ветеран.

 

Структурно власть в Соединенных Штатах делится на три части: законодательную, исполнительную и су­дебную. Законодательная власть, которая называется Конгрессом, состоит из Палаты Представителей и Се­ната.

 

Представителей выбирают сроком на два года; каж­дый из них представляет свой избирательный округ и обязан поставлять туда всевозможный «навар» - бюд­жетные средства на строительство дорог, или на раз­мещение военных объектов и прочее в том же духе. От каждого штата избираются двое сенаторов. Им то­же полагается понемножку «наваривать», но при этом они не берут на себя никаких конкретных обяза­тельств, а переизбирают их только раз в шесть лет, так что в промежутке и тревожиться не о чем.

 

Главой исполнительной власти является Прези­дент; без его санкции ни один закон, придуманный законодателями, не может вступить в силу. На деле президент и Конгресс по большей части занимаются тем, что кричат, каких замечательных вещей они бы наделали, если бы не всякие упрямые тупицы.

 

Судебная власть представлена Верховным Судом и вообще-то отвечает за законность. То есть если Кон­гресс и Президент выдумывают какой-то закон, кото­рый не соответствует Конституции, Верховный Суд имеет право его запороть.

 

Гениальность этой системы состоит в следующем: она настолько громоздка и запутана, что не в состоя­нии провести в жизнь ни одной непоправимой глу­пости.

 

СИСТЕМЫ

 

Вообще-то называть хоть что-то американское «сис­темой» могут только непроходимые оптимисты. На­пример, понятие «система здравоохранения» призва­но маскировать тот факт, что американское здравоо­хранение никакая не система. Очень многие вообще не способны оплатить визит к врачу или частную страховку. Система правосудия предполагает, что с заключенными обращаются по совести и по закону; однако любой, кто прошел через американский суд, скажет вам, что это не так.

 

Американцам надо как-то общаться - значит, аме­риканская система телефонной связи лучше всех в мире. С другой стороны, пристрастие американцев к автомобилям загнало все прочие средства передви­жения в подполье, и общественный транспорт почти повсеместно дорогущий, медлительный и неудобный.

 

Другая система, которая худо-бедно скрипит, - это система автомобильных дорог. Генерал Эйзенхауэр, командуя американскими войсками в Европе, увидел гитлеровы автобаны и сказал себе: «Как у них тут удобно гонять по стране военную технику. Вот бы и в Америке были такие -замечательные, широкие доро­ги». Став президентом, он претворил свою мечту в жизнь. Так родилась Система Скоростных Автодорог, артерий американской торговли, ныне изрядно скле­ротичных.

 

В добрые старые времена американцы отправля­лись в выходные всей семьей на автомобильную про­гулку, в конце которой заворачивали в ресторан, где еду подают прямо в машину - чтобы не вылезать из своего замечательного автомобиля. Теперь мамы, жи­вущие в пригородах, часами маются в бесконечных пробках, переправляя своих отпрысков с футбольной тренировки на урок музыки, и питаются бутерброда­ми прямо за рулем просто потому, что у них нет вы­бора.

 

Неученье - свет

 

Американцы твердо убеждены, что высшее образова­ние - замечательная вещь, поскольку позволяет полу­чить работу получше, особенно если при этом еще и ничему не надо учиться.

 

Начальное образование в Америке состоит из дет­ского сада, до шестилетнего возраста, и начальной школы, до двенадцати лет. Среднее образование - из еще двух ступеней и заканчивается лет в восемнадцать. Эти ступени проходят все, хочешь не хочешь. Амери­канские городские школы славятся тем, что особо вы­дающиеся их выпускники не умеют ни читать, ни счи­тать.

 

Государственные школы еще называются «общест­венными», потому что они общедоступны; платные школы называются «частными». В частные школы от­дают своих детей родители, которые сообразили, что общественные школы никуда не годятся. Частные шко­лы бывают разные, от элитарных, готовящих к поступ­лению в университет, до отщепенских, основанных ра­систами или религиозными фанатиками.

 

Университетское образование доступно любому американцу, который в состоянии за него заплатить (в крупных университетах это выливается тысяч в двад­цать в год), а также тем, кто достаточно беден, атлети­чески подготовлен или башковит, чтобы получить сти­пендию, а еще тем, кому удается взять ссуду в банке. Все больше и больше студентов выбирает последнее и по­сле выпускного экзамена выходит в жизнь с дипломом в одной руке и долговой распиской на сумму, равную закладной на дом, в другой.

 

Около трети американцев, получив среднее образо­вание, поступают в университет, но они не слишком доверяют тому, чему их там учат. Строго говоря, с точ­ки зрения американской широкой публики, любой че­ловек, который слишком много знает, выглядит подо­зрительно.

 

Книг американцы не читают, разве что романчик-другой Джона Гришэма или Роберта Ладдэма. Да и за­чем? Единственное, что должен твердо знать каждый американский работник умственного труда, - это фут­больные правила.

 

ПРЕСТУПЛЕНИЕ И НАКАЗАНИЕ

 

Американцы зубами и когтями держатся за права чело­века, записанные в американской конституции. К тако­вым относятся свобода печати, религии и собраний; право не подвергаться жестоким и нестандартным на­казаниям, а также право хранить и носить оружие.

 

Поскольку в Америке существует давняя традиция доводить каждую здравую идею до полного абсурда, права эти иногда истолковываются как право публико­вать массовым тиражом инструкции по изготовлению атомной бомбы, право резать цыплят в ходе религиоз­ной церемонии, право устраивать политическую де­монстрацию в поддержку нацизма, право смотреть те­левизор в тюремной камере и право заказать по ката­логу многозарядный карабин с доставкой на дом. Уще­ми американца в каком-нибудь из этих прав, и он рас-скандалится и развоюется, а именно, подаст в суд.

 

Нация юристов

 

Поскольку проигрывать - это не по-американски, ес­ли американец садится в лужу, он никогда не винит в этом ни самого себя, ни даже злодейку-судьбу. Он все­гда находит кого-нибудь, на кого можно свалить вину - родителей, правительство, мужа/жену, соседей. Сам американец никогда ни в чем не виноват; следова­тельно, любая неприятность - повод для судебного разбирательства. Бхли американца как-нибудь обиде­ли или просто щелкнули по носу, первая его мысль будет не «Как мне это пережить?», а «Я этих гадов по судам затаскаю».

 

Всеобщее стремление свалить на кого-нибудь вину, а потом «отсудить у него последние штаны» превра­тило Соединенные Штаты в самую юристонасыщен-ную страну в мире: на двести пятьдесят миллионов населения приходится больше семисот пятидесяти тысяч адвокатов. В Вашингтоне, столице государства, каждый девятнадцатый житель - юрист. Эта дурацкая ситуация - результат того, что законы и создаются, и внедряются, и используются юристами. И президент, и его жена - юристы по образованию, в Конгрессе больше четырехсот юристов, а еще тысячи ошивают-ся во всяких государственных ведомствах, органах правопорядка и средствах массовой информации.

 

Попадаются такие судебные иски, что животики надорвешь: например, человек прыгнул под поезд в нью-йоркской подземке и подал на нее в суд за нане­сенные увечья; дама предъявила иск лотерее штата Пенсильвания за то, что ничего не выиграла; игрок в гольф решил судиться с гольф-клубом за то, что его собственный мяч срикошетил ему в лоб. В Соединен­ных Штатах любой человек может прибегнуть к услу­гам суда; судя по всему, почти все и прибегают.

 

Общество с ограниченной ответственностью

 

В США, стране, одержимой судебными преследовани­ями, производители всеми силами пытаются ограни­чить свою ответственность и заранее предупредить потребителей о том, какие беды с ними могут при­ключиться при использовании их продукции. В ре­зультате почти любой продукт или прибор продается с какой-нибудь предупредительной надписью. На ка­руселях висят знаки: «Может вызвать головокруже­ние». Спиртные напитки, сигареты и заменители са­хара упреждают, что их использование способно по­влечь за собой рак или рождение неполноценных младенцев. На стиральных порошках на всякий слу­чай помечают: «Не употреблять внутрь», на фенах -«Не использовать под душем», на тостерах - «Не поме­щать внутрь металлические предметы». Можно поду­мать, что бок о бок с нормальными американцами обитает некая разновидность слабоумных пресмыка­ющихся, которые топят радиоприемники в ваннах и скармливают монеты электрическим мясорубкам. К сожалению, даже поверхностное знакомство с любой газетой подтверждает, что это так и есть.

 

Суды и тюрьмы

 

Вообще-то по американской констшуции человек считается невиновным, пока его вина не доказана су­дом, имеет право на своевременное судебное разби­рательство, может отказаться отвечать на провокаци­онные вопросы и потребовать себе адвоката. На деле «невиновный» значит «приговор вынесен не судом, а газетами», «своевременное» - «прежде, чем обвиняе­мый умрет от старости, если он, конечно, еще не очень стар», а право на адвоката - «ну-ка, гони этому в дорогом костюме все свои деньги».

 

Поскольку почти любое наказание, кроме тюрем­ного заключения, считается «жестоким и нестандарт­ным», преступников сажают в тюрьму. Почти милли­он граждан Соединенных Штатов сидят под замком, что составляет около четырехсот пятидесяти человек на сто тысяч населения. Такого высокого показателя нет больше ни в одной стране мира. Для сравнения, только сорок четыре ирландца из каждых ста тысяч находятся в заключении, не считая, конечно, тех, ко­торые находятся в американских тюрьмах.

 

До среднего американца постепенно доходит, что такая пенитенциарная система не только стоит кучу денег, но еще и никуда не годится. При этом никто не знает, как бороться с преступностью, разве что наст­роить еще тюрем. Новые тюрьмы растут, как грибы, по мере заполнения старых, появилась даже новая индустрия - обслуживание и эксплуатация тюрьмы. Преступность от этого не становится меньше.

 

Когда американский полицейский берет кого-то под арест, он зачитывает вслух так называемое «Пре­дупреждение Миранды», получившее свое название от судебного процесса «Миранда против штата Ари­зона», в ходе которого было утверждено, что полиция обязана информировать задержанных об их правах. Отволакивая подозреваемого в кутузку, полицейский обязан продекламировать ему длинный список, начи­нающийся словами: «Вы имеете право хранить мол­чание. Если вы поступитесь этим правом, любые ва­ши слова могут быть обращены против вас в суде...»

 

Это совершенно не значит, что в полиции с вами будут обращаться нежно. Доза милосердия, которая будет вам отмерена, зависит от района страны, совер­шенного вами преступления, вашей личности и пове­дения в качестве подозреваемого. Иностранцу, кото­рого собираются арестовать или уже почти арестова­ли, следует почаще повторять: «Да, сэр, да, офицер» - и размахивать своим паспортом.

 

Наркотики

 

Наркотики употребляет огромное количество народу, в том числе, вернее, по большей части, люди богатые. Больше половины молодых американцев признают­ся, что пробовали марихуану, а почти пятая часть -что пробовали кокаин. Однако говорить на людях о том, что вы употребляете наркотики, до сих пор счи­тается верхом неприличия, если только вы не изле­чившийся наркоман, который хочет предостеречь молодое поколение.

 

С другой стороны, законное употребление нарко­тиков (по предписанию врача) широко распростра­нено и никого не смущает. В определенных кругах принято, прежде чем перейти к другим темам, обсу­дить, кому какая доза антидепрессантов прописана.

 

Стой, стреляю!

 

Ношение оружия в Соединенных Штатах - такое же право человека, как право голоса и право на адвоката. Любые попытки ужесточить связанные с этим прави­ла вызывают законодательный кризис и вопли проте­ста со стороны владельцев оружия, которые боятся, что если их оружие начнут регистрировать и прове­рять, откуда оно взялось, они лишатся права на само­защиту. Одна из самых влиятельных организаций в стране - трехмиллионная Американская Ассоциация Стрелков - последовательно и целенаправленно сво­дит на нет все попытки прекратить свободную тор­говлю оружием. Их побуждения становятся понятны из их лозунга: «Если хранение оружия объявить пре­ступлением, оно останется только у преступников».

 

Охота по сей день остается одним из самых попу­лярных видов спорта: в Америке пятнадцать миллио­нов охотников с лицензиями, в том числе президент. Это спорт для настоящих мужчин, которые встают на рассвете, блуждают по морозному лесу или часами сидят на сквозняке, поджидая уток, потом возвраща­ются в охотничий домик и надираются до положения риз.

 

Примерно в половине американских домов где-ни­будь припрятано как минимум одно ружье или писто­лет; у частных лиц находится около шестидесяти миллионов единиц оружия.

 

В основном оружие это принадлежит законопо­слушным гражданам, которые обращаются с ними очень осторожно. Однако даже «законные» стволы ежегодно уносят около сорока тысяч жизней. Это не значит, что американцы просто так пуляют друг в друга. Гораздо чаще они стреляют в самих себя (око­ло половины смертей от неосторожного обращения с оружием - самоубийства) или в своих супругов.

 

Иногда детки находят пистолет или винтовку и начи­нают с ними играть, со смертельным исходом; недав­но даже предложили ввести в школах курс ознаком­ления с оружием, наряду с ознакомлением с вопроса­ми пола.

 

Несколько лет тому назад одна фирма изготовила игрушечный водяной пистолет, названный «Суперобливалкой», способный выстреливать водяную струю на пятьдесят футов. Как-то раз подростки, играя с этой штукой, передрались, и одного покалечило. Го­родские власти немедленно решили ввести правила пользования водяными пистолетами, чтобы предотв­ратить новые несчастные случаи. Им и в голову не пришло ввести правила пользования пистолетами, которые стреляют настоящими пулями.

 

БИЗНЕС

 

Генри Форд не изобрел автомобиля. Он изобрел кое-что получше, кое-что еще более американское. Он придумал, как сделать автомобили дешевыми, такими дешевыми, чтобы автомобиль могла купить любая се­мья. Его деловая философия заключалась в следую­щем: «Предлагаем автомобили любого цвета, правда, исключительно черного».

 

Теперь американцам подавай выбор - цвета, стиля, цены и оформления. Преуспевающие бизнесмены размышляют о ♦нишах на рынке» и «развитии узкого направления» - короче говоря, о том, как обеспечить больший выбор в каждом из все более дробных ры­ночных сегментов. Если вы решили купить автомо­биль, можете выбрать голубой металлик, цвет пожар­ной машины или любой другой из дюжины цветов, с соответствующей отделкой салона.

 

Самый американский метод ведения дел - это, разу­меется, «франчайзы», продажа тем, кто хочет открыть свое дело, прав на использование зарекомендовавшего себя образца. Результатом становится всеобщая урав­ниловка, «Пицца хат» подгребает под себя все другие ресторанчики, а «Гэп» и «Виктория сикрет» (где прода­ют неотразимое нижнее белье с кружавчиками) - все торговые залы. Природный инстинкт толкает амери­канца на то, чтобы воспользоваться удачной идеей, усовершенствовать ее, а потом с ней же и конкуриро­вать. Это создает иллюзию разнообразия. Во всех тор­говых центрах работают одни и те же магазины, во всех магазинах продают одни и те же продукты, а если разобраться, выяснится, что во всех продуктах одни и те же ингредиенты. В результате у американцев огром­ный выбор, но выбирают они из совершенно одинако­вых вещей.

 

На работе

 

Американцы считают, что работа должна быть инте­ресной, приятной и, по возможности, необремени­тельной. Любая игра же требует напористости, само­отдачи, умения и затраты сил. Не удивительно, что у американцев сумбур в голове. Если цель работы - до­биться успеха, а цель игры - победить, какая же меж­ду ними разница?

 

Разница, в общем, есть: работа - это то, что прино­сит деньги, а игра - то, что ничего не приносит. Пута­ница распространяется и на одежду, и на отношения между людьми. Официанты ходят в костюме и при галстуке, а компьютерные миллиардеры разгуливают в шортах и вызывающих футболках

 

Американцы и так одеваются на работу куда менее строго, чем все остальные, а чем дальше, тем хуже. Во многих фирмах раз в месяц устраивают день «ходи-в-чем-хочешь», когда можно явиться на работу в джин­сах, кроссовках и футболке - то есть в том, что обыч­но надевают в выходные. В некоторых заведениях, например, в рекламных агентствах, постоянно ходят в чем хотят, чтобы подчеркнуть свое творческое на­чало.

 

Разницы между приятелем и коллегой в Америке практически не существует. На работе все, за редким исключением президента фирмы, называют друг дру­га по имени. Принято обсуждать на службе свои до­машние дела и делиться свежей информацией о по­купках, детских болезнях и благотворном действии семейной психотерапии.

 

Путаница усугубляется еще и тем, что американ­ские корпорации постоянно приглашают сотрудни­ков и коллег на всевозможные сборища. Хуже всего дело обстоит в Вашингтоне, где средний конгрессмен ежедневно получает по три-четыре приглашения на коктейли, лекции, благотворительные балы, чествова­ния и так далее, и где хозяек судят не по тому, как они развлекают гостей, а по тому, кто явился к ним на прием. Настоящая трагедия, когда какой-нибудь Быв­ший Заместитель Второго Секретаря Управления по Использованию Ресурсов Карибского Бассейна выяс­няет, что со сменой правительства поток присылае­мых ему приглашений начинает иссякать - это зна­чит, что он потерял не только работу, но и положение в обществе.

 

Рабочий стиль на восточном и на западном побе­режье кардинальным образом отличаются друг от • друга. На восточном побережье принято делать вид, что трудишься, как вол. В Нью-Йорке и в Вашингтоне, особенно в адвокатских конторах и в издательствах, считается хорошим тоном задерживаться на службе допоздна и выходить на работу в выходные. В Лос-Анджелесе же, напротив, полагается выглядеть так, будто вы вообще не работаете: облаченные в плавки президенты корпораций обсуждают много­миллионные сделки, сидя возле бассейна. На самом деле работают и там, и там поровну. Лос-Анджелес плодит кинофильмы и телесериалы, Нью-Йорк не да­ет засохнуть фондовой бирже и управлениям компа­ний; при этом они с напыщенным самодовольством показывают друг на друга пальцем и цедят сквозь зу­бы: «Да, уж мы-то не вкалываем как лошади/не валя­емся на пляже, не то что эти придурки с восточно­го/западного побережья».

 

ЯЗЫК И МЫШЛЕНИЕ

 

В Америке принято выражать свои мысли со всей возможной прямотой. Американец всегда говорит то, что думает, даже если лучше бы оставить свою мысль при себе. Языковые изыски, скрытый смысл, ирония, которые так любят другие народы, сбивают амери­канцев с толку: они привыкли воспринимать каждую фразу дословно, проверять на точность и пропускать мимо ушей то, чего не понимают. Вещи они называ­ют своими именами, лопату, например, лопатой, или «устройством для перемещения фунта», если работа­ют на правительство, а сложные метафоры их только огорчают.

 

Любовь к латанию дыр и к улучшению всего на све­те, страх кого-нибудь обидеть или лишний раз упо­требить частицу «не» заставляет американцев отно­ситься к разговорному английскому языку как к сы­рью, подлежащему обработке. Некоторые слова заим­ствуются из языков иммигрантов (например, «шмук» -неприятный и непорядочный человек), другие лепят­ся из уже существующих (например, «бранч» - сред­нее между брекфастом и ланчем), или коверкаются и применяются к чему-то, лишь отдаленно связанному с исходным предметом (например, «облучнуть» - по­догреть в микроволновой печке). Американцы любят новые слова, принимают их с распростертыми объя­тиями, и треплют, пока не заездят до смерти, что под­твердит всякий, кому довелось присутствовать на де­ловой встрече, посвященной «структурообразованию».

 

Глаголь существительные!

 

В Соединенных Штатах ни одно существительное не застраховано от того, чтобы в один прекрасный день не превратиться в глагол. «Мы сейчас это радиовеща-ем» - может сказать представительница фирмы о рек­ламе новой услуги. «Тут наша затея и крахнулась» - го­ворит бизнесмен о провале своего проекта, а Эль Хай г, крупная шишка в никсоновском Белом Доме, умудрился запихать в один свежеиспеченный глагол фразу «подать ходатайство об отсрочке судебного разбирательства». В те же времена калифорнийские студенты увещевали друг друга: «не разбогарти этот косячок». Глаголы - слова действия, куда более полез­ные, чем застылые, неподвижные существительные. Поскольку большинство американцев вообще не имеет понятия о частях речи, они с легкостью заме­щают одни другими.

 

Слэнг

 

Американские идиомы, особенно те, которые проис­ходят из словаря спортсменов, отличаются сочнос­тью, разнообразием и беспардонностью.

 

Собственно, очень многие идиомы происходят из спорта: уклоняться от всяческой ответственности -значит «играть в полузащите», провалить какое-ни­будь начинание - «пропустить шайбу», выбрать себе работу полегче - «перейти в легкий вес». С другой стороны, чтобы поддерживать светский разговор о спорте, требуется самый минимум познаний. Подой­дет, например, вопрос «Вы за кого в Большой Игре?», особенно в начале января, или, например: «Ну и как вам «Доджеры»/ «Стилеры»/ «Буллеты»/ «Бронкосы»/ «Янки»/ «Беарсы»/ «Фальконы»/ «Иглсы»/ «Ред Со-ксы»? После матча можно высказаться таю «А чего, две-три ситуации были - обхохочешься», - или: «Хо­рошая команда всегда себя покажет». Эти замечания хороши тем, что подходят почти к любому виду спор­та, за исключением, пожалуй, шахмат и бриджа.

 

Деликатность - прежде всего

 

Дискриминация по расовому, религиозному и поло­вому признаку запрещена в Штатах почти повсемест­но. Под угрозами судебного преследования клубы только для белых мужчин развалились, как карточные домики. Тем более, что у меньшинств и у женщин те­перь много денег, а клубы предпочитают членов, ко­торые вовремя платят взносы.

 

Многие слова за последнее время попали в разряд неделикатных, а то и попросту запрещенных Самое нехорошее слово, которое не разрешается употреб­лять ни при каких обстоятельствах - это «ниггер»; единственное, что вас может извинить - это если вы сами... «афроамериканец». По сравнению с этим сло­вом все обозначения естественных физиологических процессов считаются нежными и изысканными.

 

Деликатность породила сотни новых слов-замес­тителей. Инвалиды теперь называются «ограничен­ными в передвижении», слепые - «не воспринимаю­щими зрительных образов», недоумки - «не обладаю­щими базовыми знаниями». Вместо домашних живот­ных люди теперь заводят «друзей из животного ми­ра». Нет больше коротышек и толстяков, они называ­ются «людьми изящного роста» и «людьми солидного телосложения». Если человек не справился с какой-то работой, говорят, что он выполнил ее «неоптималь­ным образом».

 

Американцы пытаются закрепить в языке свое оп­тимистическое отношение к жизни. Если человек ед­ва не отправился на тот свет, он «прошел сквозь жиз­неутверждающее испытание». Товары, которые едва удается продать за полцены, называют не неликвида­ми, а «не самым оптимальным ассортиментом». Если после интервью потенциальный работодатель дает вам от ворот поворот, у вас «не сложилось полного взаимопонимания». Деловой жаргон еще хуже: любая загвоздка называется «препятствием, которое необ­ходимо преодолеть», а любое массовое увольнение -«оптимизацией штатов». Особенно эта бездумная жизнерадостность распространена в сфере торговли недвижимостью: в их языке «уютный» означает «вам там повернуться будет негде», а «живописная сельская местность» - «ни до одного магазина пешком не дой­дешь». Апогеем оптимизма являются диснеевские парки, где вас встречают чистенькие, ухоженные со­трудники, единственная обязанность которых - улы­баться, улыбаться, улыбаться.

 

У представителей более сдержанных наций от этой беспредельной жизнерадостности довольно скоро начинает сводить скулы. Европейца она вполне спо­собна довести до состояния душевной неуравнове­шенности.

Категория: Народы, традиции, обычаи | Добавил: magnitt (24.07.2010) | Автор: Тимур
Просмотров: 1914 | Комментарии: 1 | Рейтинг: 5.0/2 |
Всего комментариев: 1
1  
Спасибо Вам, автор статьи, за столь подробное описание американской нации. Прочла полностью. Согласна со всем. "У представителей более сдержанных наций от этой беспредельной жизнерадостности довольно скоро начинает сводить скулы. Европейца она вполне спо­собна довести до состояния душевной неуравнове­шенности." заключение также в точку. спасибо еще раз! только от этого не стало легче жить здесь))) с уважением,Ирина.


Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]